Приговор по ст 195 ук рф

Проблемы конкуренции составов неправомерных действий при банкротстве (ч. 1, 2 и 3 ст. 195 УК РФ)

Вакутин Артем Андреевич,

кандидат юридических наук, преподаватель Омской академии МВД России.

От правильной квалификации преступления зависит очень многое: выбор меры пресечения в отношении подозреваемого, обвиняемого, форма расследования (дознание или предварительное следствие), подследственность и подсудность уголовного дела, вид и мера наказания, возможность применения акта амнистии и помилования, условного осуждения и условно-досрочного освобождения осужденного [1] .

Вопросы уголовно-правовой конкуренции норм, а также разграничения совокупности преступлений от единого деяния также не обошли и составы преступлений, предусмотренные чч. 1, 2 и 3 ст. 195 УК РФ. Поскольку ст. 195 УК РФ предусматривает три самостоятельных состава, необходимо исследовать и проблемы их внутренней конкуренции.

Анализ преступлений, предусмотренных чч. 1 и 2 ст. 195 УК РФ, показал значительное их сходство по субъективным и объективным признакам. Субъект преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 195 УК РФ, общий. К нему, как было указано в предыдущем параграфе, может относиться в том числе и руководитель юридического лица, его учредитель (участник) либо индивидуальный предприниматель, являющиеся субъектом преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 195 УК РФ.

Состав преступлений, предусмотренных чч. 1 и 2 ст. 195 УК РФ, в части объективной стороны полностью совпадает по обстоятельствам и последствиям совершения (наличие признаков банкротства и причинение крупного ущерба).

По признакам деяния удовлетворение требований кредиторов осуществляется за счет имущества должника-юридического лица и в связи с переходом права собственности на такое имущество фактически является разновидностью неправомерного отчуждения, предусмотренного в качестве одного из способов совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 195 УК РФ. Подчеркнем, что и в том и в другом случаях неправомерное удовлетворение требований кредиторов может происходить в счет погашения кредиторской задолженности. Основное различие заключается в сущности данной задолженности. В той ситуации, если долг фальсифицирован, деяние должно быть квалифицировано по ч. 1 ст. 195 УК РФ как неправомерное отчуждение имущества, совершенное при наличии признаков банкротства.

Примером может служить приговор Центрального районного суда г. Омска от 16 сентября 2011 г. по делу № 1-214/2011 в отношении И. Судом установлено, что И. в период с декабря 2008 г. по декабрь 2009 г. совершил неправомерные действия, направленные на отчуждение имущества ООО «АФ “К”». Так, И., достоверно зная, что у ООО «АФ “К”» образовалась значительная кредиторская задолженность перед предприятиями и кредитными организациями, осознавая, что предприятие является не способным удовлетворить требования кредиторов и имеет признаки банкротства ввиду того, что с июля 2008 г. ООО «АФ “К”» не исполняет своих обязательств перед контрагентами свыше трех месяцев, изготовил фиктивные документы о проведении подконтрольной организацией ООО «Компания “П”» по заказу ООО «АФ “К”» подрядных работ, фальсифицировав кредиторскую задолженность перед ООО «Компания “П”». В дальнейшем в счет погашения указанной задолженности И. заведомо в ущерб требованиям иных кредиторов произвел отчуждение зерна на сумму 12 712 560 руб., причинив кредиторам крупный ущерб. Суд квалифицировал действия И. по ч. 1 ст. 195 УК РФ [2] .

В том случае, если речь идет о неправомерном удовлетворении требований отдельных кредиторов по реально существующей задолженности, то деяние должно быть квалифицировано по правилам конкуренции общей и специальной норм по ч. 2 ст. 195 УК РФ, которая является специальной по отношению к ч. 1 ст. 195 УК РФ.

Таким образом, отграничение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 195 УК РФ, от преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 195 УК РФ, должно производиться в зависимости от сущности кредиторской задолженности, в счет которой происходит удовлетворение имущественных требований.

Вопросы вызывает также конкуренция чч. 1 и 3 ст. 195 УК РФ. Субъективные признаки преступлений аналогичны. Признаки объективной стороны преступления также во многом похожи.

Объективная сторона обоих преступлений предполагает причинение одинаковых последствий – крупного ущерба. Обстоятельство совершения преступления «признаки банкротства», предусмотренное ч. 1 ст. 195 УК РФ, присутствует и в ходе конкурсного либо внешнего управления (т. е. когда функции руководителя юридического лица возложены соответственно на арбитражного управляющего или руководителя временной администрации кредитной или иной финансовой организации).

Воспрепятствование деятельности арбитражного управляющего, в том числе уклонение или отказ от передачи документов, может причинить крупный ущерб лишь в том случае, когда с помощью таких действий или бездействия скрывается информация об имуществе должника (в том числе правах на имущество, а также имеющихся дебиторских задолженностях), что подтверждается и материалами судебной практики. Тем самым подобное воспрепятствование является одной из разновидностей форм сокрытия имущества (имущественных прав, имущественных обязанностей).

Например, в приговоре Пролетарского районного суда Ростовской области по делу № 1-149/2010 в отношении Х., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 195 УК РФ, суд отметил, что Х. незаконно скрыл имущество, сведения об имуществе, его размере, местонахождении, бухгалтерские и иные учетные документы, отражающие экономическую деятельность ООО «Ф.», в частности умышленно не передал необходимые для деятельности арбитражного управляющего бухгалтерские документы, печать и штемпель организации, а также не сообщил информацию о местонахождении автомобиля УАЗ; в результате незаконных действий Х., выразившихся в незаконном воспрепятствовании деятельности арбитражного управляющего, а именно в уклонении и отказе от передачи арбитражному управляющему документов, необходимых для исполнения возложенных на него обязанностей, и имущества, принадлежащего юридическому лицу, кредиторам ООО «Ф.» был причинен крупный ущерб в размере 2 280 861,47 рубля [3] .

Таким образом, решение вопросов конкуренции должно осуществляться исходя из причинной связи между совершенным деянием и последствиями. В том случае, если именно воспрепятствование деятельности арбитражного управляющего в форме отказа или уклонения послужило причиной причинения имущественного ущерба, то деяние нужно квалифицировать по ч. 3 ст. 195 УК РФ. Если же подобное воспрепятствование осуществлялось с целью скрыть иные действия в виде сокрытия, отчуждения, фальсификации и т. д., предусмотренные ч. 1 ст. 195 УК РФ, либо обеспечить их совершение в будущем, то совершаемое преступление следует квалифицировать по ч. 1 ст. 195 УК РФ. Дополнительная квалификация по ч. 3 ст. 195 УК РФ не требуется.

Мы разделяем мнение тех исследователей, которые считают ч. 3 ст. 195 УК РФ специальной нормой по отношению к ч. 1 ст. 195 УК РФ [4] , и, напротив, полагаем необоснованным признание ч. 1 ст. 195 УК РФ специальной нормой по отношению к ч. 3 ст. 195 УК РФ [5] .

Примером может служить приговор Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики № 15/67 в отношении К. Судом установлено, что К., являясь генеральным директором ГУП «С.», зная о введении в отношении ГУП «С.» процедуры банкротства, не предоставил информации о дебиторской задолженности и документов, подтверждающих эту задолженность, временному и конкурсному управляющим. В дальнейшем, действуя в рамках реализации своего преступного умысла, К. без согласования и разрешения временного, внешнего, а впоследствии и конкурсного управляющего взыскал с предприятий-должников денежные средства в общей сумме 47 944 286,05 руб., что составило крупный размер, которые скрыл и не отразил по учетным данным, в результате чего они не были включены в конкурсную массу для удовлетворения требования кредиторов. Указанные денежные средства К. частично обналичил, а частично перевел на счета иных предприятий. Действиями К. кредиторам причинен крупный ущерб на указанную сумму. Суд квалифицировал действия К. по ч. 1 ст. 195 УК РФ [6] .

В данном случае видно, что причиной причинения ущерба послужило не воспрепятствование деятельности арбитражного управляющего, а отчуждение имущества, в связи с чем дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 195 УК РФ не требуется.

Таким образом, в существующей теории и правоприменительной практике имеются проблемы конкуренции составов неправомерных действий при банкротстве (ч. 1, 2 и 3 ст. 195 УК РФ), обусловленные самостоятельностью данных составов. Исходя из проведенного исследования, чч. 2 и 3 ст. 195 УК РФ являются специальными нормами по отношению к ч. 1 ст. 195 УК РФ.

1. Архив Центрального районного суда г. Омска за 2011 г. – Дело № 1-214/2011.

2. Есаков Г. А. Настольная книга судьи по уголовным делам [Электронный ресурс] / Г. А. Есаков, А. И. Рарог, А. И. Чучаев. – М.: ТК Вэлби: Проспект, 2007. – Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

3. Зацепин А. М. Неправомерные действия при банкротстве в уголовном праве: социальная обусловленность криминализации, проблемы законодательной регламентации и квалификации: дис. … канд. юрид. наук: 12.00.08 / Зацепин Александр Михайлович. – М., 2010. – 199 с.

4. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / отв. ред. А. И. Рарог. – М.: Проспект, 2013. – 888 с.

5. Приговор № 15/67 Нальчикского городского суда [Электронный ресурс] // Сайт «Судебные акты. Арбитражные суды и суды общей юрисдикции». URL: http://sudact.ru/regular/doc/JYnXw5AGT2gx/.

6. Приговор Пролетарского районного суда Ростовской области от 29 сентября 2010 г. по делу № 1-139/2010 [Электронный ресурс] // Сайт «Судебные акты. Арбитражные суды и суды общей юрисдикции». URL: http://sudact.ru/regular/doc/emC7DphgbKK/.

7. Пустяков А. В. Банкротство: уголовно-правовой аспект: автореф. дис. . канд. юрид. наук. М., 2007. 32 с.

8. Савельева В. С. Основы квалификации преступлений [Электронный ресурс]: учеб. пособие / В. С. Савельева. – М.: Проспект, 2012. – Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

Поступила в редакцию 02.12.2015 г.

[1] Савельева В. С. Основы квалификации преступлений [Электронный ресурс]: учеб. пособие. М., 2012. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

[2] Архив Центрального районного суда г. Омска 2011 г. Уголовное дело № 1-214/2011.

[3] Приговор Пролетарского районного суда Ростовской области от 29 сентября 2010 г. по делу № 1-139/2010 [Электронный ресурс] // Сайт «Судебные акты. Арбитражные суды и суды общей юрисдикции». URL: http://sudact.ru/regular/doc/emC7DphgbKK/.

[4] Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / отв. ред. А. И. Рарог. М., 2009. С. 366; Есаков Г. А., Рарог А. И., Чучаев А. И. Настольная книга судьи по уголовным делам. М., 2007 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс» ; Пустяков А. В. Банкротство: уголовно-правовой аспект: автореф. дис. . канд. юрид. наук. М., 2007. С. 10–11.

[5] Зацепин А. М. Неправомерные действия при банкротстве в уголовном праве: социальная обусловленность криминализации, проблемы законодательной регламентации и квалификации: дис. … канд. юрид. наук. М., 2010. С. 150–151.

Прокуратура Саратовской области

Вступил в законную силу приговор суда в отношении лица, осужденного за незаконное получение кредитов и покушение на неправомерные действия при банкротстве

Мужчина вывез всю технику общества за пределы Саратовской области, при этом, получил кредиты в четырех банках на сумму свыше 40 млн рублей.

Приговором Октябрьского районного суда от 22 октября 2015 года Орешин С. осужден за совершение четырех преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 176 УК РФ (незаконное получение кредита), и одного преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 — ч. 1 ст. 195 УК РФ (покушение на неправомерные действия при банкротстве), к 2 годам лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении.

Установлено, что в 2012-2013 г.г. Орешин С., являясь директором общества с ограниченной ответственностью «ВолгаТрансМет», путем предоставления подложных документов (бухгалтерских балансов и отчетов о прибылях и убытках) ввел в заблуждение работников четырех банков относительно истинного финансового состояния и хозяйственного положения указанного общества и незаконно получил кредиты на общую сумму свыше 40 млн рублей.

Кроме того, в период с марта по июль 2014 года, достоверно зная о наличии у ООО «ВолгаТрансМет» признаков банкротства, Орешин С. скрыл место нахождения техники, принадлежащей обществу, перевезя её из г. Саратова в г. Сердобск Пензенской области, а затем предоставил в Арбитражный суд Саратовской области заведомо ложные сведения о списании данного имущества с баланса предприятия по причине его технической неисправности.

Не согласившись с приговором, осужденный Орешин С. и его защитник обжаловали приговор ввиду чрезмерной строгости назначенного наказания.

Участвовавший при рассмотрении данного уголовного дела в суде апелляционной инстанции прокурор дал заключение о законности осуждения Орешина С.

Суд апелляционной инстанции согласился с позицией прокурора о законности вынесенного решения суда и доводы, указанные в жалобах, признаны необоснованными, а вынесенный в отношении Орешина С. приговор оставлен без изменения.

Приговор по ст 195 ук рф

Москаленский районный суд Омской области вынес приговор по уголовному делу в отношении бывшего генерального директора ООО «Сибирский деликатес», ООО «Колбасный мир» Алексея Шамаева. Он признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных чч. 1, 3 ст. 195 УК РФ (неправомерные действия при банкротстве).

В суде установлено, что с января по апрель 2016 года Шамаев, занимая вышеуказанную должность, в период проведения процедуры наблюдения в отношении ООО «Сибирский деликатес» совершил сокрытие и отчуждение имущества должника (трех пельменных аппаратов стоимостью 15 млн руб.), чем причинил ООО «Сибирский деликатес» крупный ущерб.

Кроме того, Шамаев воспрепятствовал деятельности конкурсного управляющего, отказав передать финансово-хозяйственные документы, свидетельствующие о наличии у другой организации задолженности перед ООО «Сибирский деликатес», что не позволило своевременно взыскать с фирмы-должника более 4,5 млн рублей и удовлетворить требования кредиторов в рамках процедуры банкротства.

Кроме того, в феврале-марте 2016 года Шамаев в период конкурсного производства аналогичным способом сокрыл имущество ООО «Колбасный мир» (вакуумную упаковочную машину «Multivac R105» стоимостью более 6,1 млн руб.), чем причинил данной организации ущерб в крупном размере.

Благодаря оперативным действиям сотрудников полиции незаконно сокрытое имущество банкротящихся предприятий удалось вернуть в конкурсную массу.

Вину в совершении преступлений Алексей Шамаев не признал.

Москаленский районный суд Омской области назначил ему наказание в виде штрафа в размере 500 тыс. рублей.

Суд не увидел преднамеренного банкротства в действиях экс-владельца УЗММ

В Челябинской области суд вынес приговор по делу о преднамеренном банкротстве Уфалейского завода металлургического машиностроения. В ходе судебного разбирательства гособвинение ходатайствовало о переквалификации статьи обвинения на более мягкую. В результате суд признал бывшего владельца предприятия Владимира Воронова виновным в неправомерных действиях при банкротстве и тут же освободил от наказания в связи с истечением срока давности по делу.

ерхнеуфалейский городской суд вынес приговор по делу о преднамеренном банкротстве ООО «Уфалейский завод металлургического машиностроения» (УЗММ). Один из учредителей предприятия — екатеринбургский предприниматель Владимир Воронов — признан виновным в совершении преступления по ч.1 ст.195 УК РФ («Неправомерные действия при банкротстве»), ему назначен штраф в размере 400 тыс. руб. «Подсудимый освобожден от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности», — сообщили „Ъ-Южный Урал” в городском суде Верхнего Уфалея.

Изначально следственные органы СК РФ по Челябинской области предъявили Владимиру Воронову обвинение по ст.196 УК РФ («Преднамеренное банкротство»). По версии следователей, учредитель через подчиненных сотрудников в 2005–2009 годах совершал сделки, в результате которых предприятие лишилось основных средств производства и стало неплатежеспособным. Это повлекло за собой невозможность удовлетворить требования кредиторов — поставщиков сырья и материалов, а также налоговых органов. Впоследствии на базе обанкротившегося УЗММ Владимир Воронов создал ООО «Уфалейский завод металлоизделий», куда были переведены все активы разорившегося предприятия. Ущерб, причиненный кредиторам и бюджету страны в виде невыплаченных налогов и сборов, оценивался в сумму более 271 млн руб.

По данным СУ СК РФ по Челябинской области, потерпевшими по делу были признаны 59 юридических и физических лиц. Имущество обвиняемого (доли в уставных капиталах коммерческих организаций, промышленные объекты) было арестовано в ходе следствия. При расследовании было проведено значительное количество судебных экспертиз: строительно-техническая, несколько бухгалтерских и финансово-аналитическая. В апреле 2016 года уголовное дело было передано в суд Верхнего Уфалея. Владимиру Воронову грозило до шести лет лишения свободы. Вину он не признал.

Во время прений сторон в суде представитель прокуратуры выступил с ходатайством о переквалификации обвинения на ст.195 УК РФ — «Неправомерные действия при банкротстве». Максимальная санкция данной статьи — три года лишения свободы, а срок давности по ней уже истек. Гособвинитель Илья Елькин отказался комментировать ходатайство о переквалификации дела, но сообщил, что пока не принято решение о том, будет ли прокуратура обжаловать приговор или нет.

В Верхнеуфалейском городском суде „Ъ-Южный Урал” рассказали, что после оглашения приговора ни сторона обвинения, ни сторона защиты не высказали намерений обжаловать данное решение, но на это у них есть еще 10 дней.

Приговор по ст 195 ук рф

№01-08/26-153 от 14.02.2012г.

о практике рассмотрения судами Кемеровской области

уголовных дел о неправомерных действиях в сфере банкротства

(ст.ст.195 – 197 УК РФ)

Справка подготовлена по заданию Верховного Суда РФ от 29.12.2011 года № УС-338/11.

Раздел 1. Вопросы по ст.195 УК РФ

В 2011 году судьями Кемеровской области рассмотрено 2 уголовных дела в отношении 2 лиц по ч.1 ст.195 УК РФ, в обоих случаях с вынесением обвинительного приговора, один из них постановлен в особом порядке судебного разбирательства.

1.1 Чем руководствуются суды при установлении признака, характеризующего обстановку совершения преступления – «наличие признаков банкротства»? Имеется ли особенность при установлении этого признака для различных субъектов предпринимательской деятельности (индивидуальных предпринимателей, юридических лиц, юридических лиц – кредитных организаций)?

Обстановкой преступления, предусмотренного ч.1 ст.195 УК РФ, является наличие признаков банкротства у должника.

Статья 195 УК РФ является бланкетной, для установления признака, характеризующего обстановку совершения преступления – «наличие признаков банкротства» следует обращаться к нормам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 года № 127-ФЗ определяющим признаки банкротства. В частности, ст.3 названного закона определяет признаки банкротства юридического лица следующим образом:

«Юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены».

Таким образом, рассматривая уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ст.195 УК РФ, судьям необходимо устанавливать, что неправомерные действия были совершены в ситуации более чем трехмесячного неисполнения должником своих обязательств перед кредиторами, хотя срок их исполнения наступил, и они должны были быть исполнены. При этом должны выясняться причины такого неисполнения, Неисполнение обязательств должно быть обусловлено неспособностью удовлетворения требований кредиторов. В том же случае, когда неисполнение вызвано не затруднительным финансовым положением должника, а, например, его нежеланием, то в таком случае нельзя говорить о наличии признаков банкротства.

1. Приговором Орджоникидзевского районного суда г.Новокузнецка от 03.02.2011 года С. осужден по ч.1 ст.195 УК РФ.

Судом установлено, что С., являясь генеральным директором ООО « », осуществляющий руководство текущей деятельностью Общества, совершение сделок от имени Общества, распоряжение имуществом Общества, издание приказов и организацию ведения бухгалтерского учета в период процедуры банкротства – наблюдение , с 19.01.2007 года по 27.02.2007 года, совершил неправомерные действия при банкротстве, выразившиеся в сокрытии от временного управляющего имущества и сведений о нем, отчуждении и передаче имущества во владение иным лицам, совершенные при наличии признаков банкротства и причинившие крупный ущерб.

При возбужденной процедуре банкротства признаки банкротства, связанные с трех месячным неисполнением обязательств имеют место быть. Согласно п.3 ст.48, п.2 ст.33 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» о пределение о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения выносится в случае, если требования к должнику — юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем сто тысяч рублей, и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

То, что неисполнение обязательств вызвано затруднительным финансовым положением, подтверждается материалами уголовного дела: заключением финансово-экономических экспертиз, показаниями свидетелей и др.

2. Другой пример.

Так, органами предварительного следствия М. обвинялся в том, что, являясь директором ООО « », осуществляя руководство текущей деятельностью Общества, совершая сделки от имени Общества, распоряжаясь имуществом Общества в пределах, установленных общим собранием, в период с февраля по апрель 2009 года, заведомо зная, что ООО « » является неплатежеспособным, действуя умышленно , из корыстных побуждений, в личных интересах, совершил неправомерные действия при банкротстве ООО « », выразившиеся в сокрытии имущества, сведений об имуществе, его местонахождении, передаче имущества во владение иным лицам, отчуждении имущества, фальсификации бухгалтерских и иных учетных документов, отражающих экономическую деятельность юридического лица, совершенные при наличии признаков банкротства и причинившие крупный ущерб, т.е. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.195 УК РФ.

Суд пришел к выводу, что предъявленное М. обвинение по ч.1 ст.195 УК РФ обосновано, подтверждается материалами дела. Приговор постановлен в особом прядке судебного разбирательства (приговор Ленинск-Кузнецкого городского суда от 18.07.2011 года).

Следствием установлено, что согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 01.01.2009 года дебиторская задолженность Общества (платежи по которой ожидаются в течение 12 месяцев после отчетной даты) составила 21 649 000 рублей, кредиторская задолженность составляла 42 190 000 рублей, в том числе задолженность перед персоналом организации 5 086 000 рублей, задолженность перед государственными внебюджетными фондами 1 956 000 рублей.

Согласно заключению судебной финансово-экономической экспертизы на 01.01.2009 года финансовое состояние ООО « » являлось неудовлетворительным. Финансовые коэффициенты на исследуемую дату свидетельствуют об отсутствии у ООО « » минимально допустимого уровня платежеспособности.

Доказательствами, подтверждающими осведомленность М. о крайне не удовлетворительном финансовом положении Общества являются:

— показания свидетеля Х., который показал, что работал в ООО « » главным бухгалтером, в конце 2008 года ряд заказчиков не выполнили условия договоров строительного подряда, т.е. не провели оплату по факту исполненных договоров, ввиду чего в начале 2009 года у ООО « » образовалась задолженность по выплате налогов и других обязательств. На вопрос следователя пояснил, что он доводил до сведения М. полную информацию о фактическом состоянии и финансово-экономическом положении Общества на период январь – март 2009 года, при этом М. знал обо всех кредиторах и дебиторах Общества, о размере долговых обязательства и о требованиях налогового органа.

— показания обвиняемого М., который показал, что в середине 2008 года предприятие попало в кризисное положение, т.к. частично прекратилась оплата за выполненные ранее работы, ввиду чего в начале 2009 года у ООО

« » года образовалась задолженность по выплате налогов и других обязательств. Из сведений бухгалтерского баланса за 12 месяцев 2008 года Общества ему было известно, что дебиторская задолженность Обществу составила около 21 миллиона рублей, кредиторская задолженность Общества около 43 миллионов рублей. Он понимал, что в таком критическом финансово-экономическом положении ООО « » не сможет продолжать свою производственную деятельность и не сможет выйти из кризисной ситуации, т.е. ООО « » фактически является банкротом. С целью уклонения от взыскания по неоплаченным налогам и сборам налоговому органу за счет основных средств, принадлежащих ООО « », он принял решение о снятии с бухгалтерского учета ООО « » всех АТС, являющихся основными средствами Общества.

Однако материалами уголовного дела не подтверждено, что неправомерные действия совершены в ситуации более чем трехмесячного неисполнения должником своих обязанностей перед кредиторами.

Так, согласно материалам дела, несмотря на то, что уже на 01.01.2009 года финансовое положение ООО « » являлось неудовлетворительным, не уплата обязательных платежей по налогам и сборам имела место с февраля по май 2009 года. М. вменялось совершение неправомерных действий в период с февраля по апрель 2009 года, т.е. на момент совершения неправомерных действий отсутствовала ситуация более чем трехмесячного неисполнения должником своих обязанностей перед кредиторами.

В частности, из показаний представителя потерпевшего (ИФНС России), а также представленных им документов следует, что по состоянию на 27.02.2009 года за ООО « » числилась общая задолженность перед ИФНС России в сумме 3 145 017,97 рублей. В период с 27.02.2009 года по 30.06.2009 года ИФНС были предприняты меры принудительного взыскания данной суммы задолженности. А 20.05.2009 года, т.е. по истечении 3 месяцев, подано заявление в Арбитражный суд Кемеровской области о признании ООО « » банкротом. 30.06.2009 года в отношении ООО « » была введена процедура банкротства — наблюдение.

Случаев привлечения к уголовной ответственности по ст.195 УК РФ индивидуальных предпринимателей или юридических лиц – кредитных организаций в практике судов Кемеровской области не имелось.

Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч.2 и ч.3 ст.195 УК РФ, судьи Кемеровской области в обозначенный период не рассматривали.

1.2. С какого момента преступление, предусмотренное ч.1 или ч.2 ст.195 УК РФ, признается оконченным? Проиллюстрируйте примерами из судебной практики.

Изучение уголовных дел показало, что, несмотря на объективную необходимость и практическую значимость установления момента окончания преступления, предусмотренного ст.195 УК РФ, для квалификации преступления как оконченного, приговоры не содержат прямого указания на момент окончания совершенного преступления. Время же совершения преступления в приговоре определяется по-разному.

В одном случае время совершения преступления определено периодом, в течение которого лицом были совершены активные действия, направленные на реализацию своего умысла и связано с уменьшением собственных активов должника.

Так, например, М. обвинялся в совершении неправомерных действий при банкротстве, а именно в том, что в период с февраля 2009 года по апрель 2009 года незаконно вывел из права собственности ООО « » основные средства общей балансовой стоимостью 7 282 249, 56 рублей.

Обращаясь к материалам уголовного дела видно, что временем совершения преступления в данном случае определен промежуток времени, в течение которого непосредственно осуществлялись действия (сделки) по отчуждению имущества ООО « » (снятие АТС с регистрационного учета, изготовление договоров купли-продажи и др.)».

Поскольку по данному уголовному делу потерпевшим признано помимо налоговых органов, само юридическое лицо – должник, можно предположить, что момент окончания преступления в данном случае связан не только с последними действиями, направленными на отчуждение имущества, но и с наступлением последствий в виде причинения крупного ущерба самому юридическому лицу – должнику.

В другом случае, приговор содержит лишь указание на то, что преступление совершено во время процедуры банкротства – наблюдение.

Так, согласно приговору Орджоникидзевского районного суда г.Новокузнецка от 03.02.2011 году С. являясь генеральным директором ООО « » в период процедуры банкротства – наблюдение, с 19.01.2007 года по 27.07.2007 года, совершил неправомерные действия при банкротстве. При этом указанный период времени соответствует временным границам процедуры банкротства – наблюдение, которая введена определение Арбитражного суда Кемеровской области 19.01.2007 года. Согласно материалам дела непосредственные действия по отчуждению имущества ООО « » С. совершил весной – в начале лета 2007 года.

1.3. Кто является потерпевшим по делу – юридическое лицо или его кредиторы?

Изучение уголовных дел показало, что в Кемеровской области нет единой практики по вопросу признания тех или иных лиц потерпевшими по уголовным делам о неправомерных действиях при банкротстве.

По уголовному делу в отношении М. по ч.1 ст.195 УК РФ потерпевшими по делу были признаны: ООО « », являющееся должником, интересы которого представлял временный управляющий, и ИФНС России.

Так, например, в приговоре суд указал следующее: «Суд пришел к выводу, что в результате преступных действий М. по сокрытию имущества и сведений о нем путем фальсификации бухгалтерских и иных учетных документов, незаконному безвозмездному отчуждению имущества из собственности ООО « », были незаконно выведены основные средства (автотранспорт и техника) балансовой стоимостью на общую сумму 7 282 249,56 рублей, что привело к невозможности осуществления Обществом хозяйственной дельности, предусмотренной Уставом ООО « », в результате чего, ООО « » причинен ущерб в крупном размере, кроме того, неправомерные действия М. по сокрытию и отчуждению имущества Общества балансовой стоимостью на общую сумму 7 282 249,56 рублей привели к невозможности взыскания со стороны МРИФНС России №2 по Кемеровской области задолженности ООО « » по уплате налогов и сборов в бюджеты Российской Федерации и субъектов РФ, в результате чего интересам Российской Федерации причинен ущерб в крупном размере».

По уголовному делу в отношении С. по ч.1 ст.195 УК РФ потерпевшим признаны лишь налоговые органы.

Согласно п.3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 года №17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевших в уголовном судопроизводстве» лицо может быть признано потерпевшим, как по его заявлению, так и по инициативе органа, в производстве которого находится уголовное дело, а также суда.

Изучение уголовных дел показало, что по обоим уголовным делам потерпевшие привлекались к участию в деле по инициативе органа осуществляющего предварительное расследование.

1.4. Встречались ли ситуации, когда преступления, предусмотренные ч.1 или ч.2 ст.195 УК РФ, совершались с косвенным умыслом?

Анализ материалов уголовных дел позволяет говорить о том, что преступления предусмотренные ч.1 ст.195 УК РФ были совершены с прямым умыслом.

В первом случае (уголовное дело в отношении М.) об этом свидетельствуют показания самого обвиняемого, который в ходе предварительного расследования признавая вину, пояснил, что « знал о том, что действует незаконно, понимал, что на него, как на руководителя предприятия, возложена обязанность по сохранности основных средств и улучшению, оздоровлению финансового положения общества, что он своими действиями увеличивает задолженности Общества перед бюджетом по НДС более чем на 1 миллион рублей, увеличивает расходы Общества по оплате арендной платы, что ухудшает и так критическое финансово-экономическое положение Общества, но у него не было желания погасить обязательства Общества перед бюджетом, кредиторами и своими работниками за счет основных средств. Он знал о том, что требования кредиторов, не удовлетворенные из-за недостаточности имущества ликвидируемого юридического лица, считаются погашенными в соответствии с ч.6 ст.64 Гражданского кодекса РФ, поэтому и принял решение не оплачивать обязательства перед кредиторами и перед налоговым органом, с целью, чтобы в последствии ООО « » было признано банкротом».

Во втором случае (уголовное дело в отношении С.), несмотря на отрицание подсудимым своей вины, преступление также совершено с прямым умыслом.

С. умышлено скрыл от временного управляющего имущество и сведения о нем, предвидел неизбежность причинения крупного ущерба в случае признания Общества банкротом (в силу занимаемой должности, опыта работы, образования, обстановки совершения преступления — в период процедуры банкротства (наблюдение) и желал наступления этих последствий в целях извлечения материальной выгоды за счет имущества Общества (организации-должника).

Суд установил, что С. в период процедуры банкротства — наблюдение, имея умысел на сокрытие имущества и сведений о нем, с целью последующего отчуждения и передачи его во владение иным лицам, желая не включения указанного имущества в конкурсную массу, воспользовавшись тем, что техника не стоит на балансе Общества, не сообщил временному управляющему о наличии данного имущества, т.е. срыл его и сведения о нем, а затем совершил действия по отчуждению сокрытого имуществ. В связи с указанными действиями С. данное имущество не было включено в конкурсную массу, что повлекло невозможность удовлетворить требования кредиторов в полном объеме.

Согласно приговору, по мнению суда, нежелание С., как руководителя ООО « », включения техники в количестве 5 единиц в конкурсную массу свидетельствует об умышленности действий, направленных на сокрытие данного имущества и дальнейшего незаконного его отчуждения и передачу ООО « », которое фактически им же было создано с целью сохранения всего имущества ООО « », путем его приобретения.

Таким образом, сделать вывод о том, что в практике судов Кемеровской области имелись случаи, когда преступления совершены с косвенным умыслом, нельзя.

1.5. С какого момента преступление, предусмотренное ч.3 ст.195 УК РФ, признается оконченным? Проиллюстрируйте примерами из судебной практики.

Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч.3 ст.195 УК РФ, судьями Кемеровской области в 2011 году не рассматривались.

Раздел 2. Вопросы по ст.196 УК РФ

В 2011 году судьями Кемеровской области рассмотрено 1 уголовное дело в отношении 1 лица по ст.196 УК РФ.

2.1. Как складывается практика по вопросу о моменте окончания преступления предусмотренного ст.196 УК РФ?

Анализ единственного уголовного дела показал, что судом установлено два значимых периода времени относящихся к событию преступления.

Первый период, определенный судом — это период непосредственного совершения активных действий направленных на реализацию умысла виновного. Второй период – это временной промежуток, в течение которого существенно ухудшилась финансово-хозяйственная деятельность, повлекшая признание завода банкротом.

Так, приговором Киселевского городского суда от 31.01.2011 года Б. признан виновным в том, что он, являясь руководителем коммерческой организации в личных интересах совершил преднамеренное банкротство, т.е. умышленное увеличение неплатежеспособности предприятия ОАО завод « » за период времени с 01.01.1997 года по ноябрь 1999 года , причинившее крупный ущерб предприятию в размере 25 000 000 рублей, а также задолженность по оплате труда в размере 2 586 000 рублей, совершенное им в период времени с 18.01.1994 года по 09.04.1997 года.

Согласно приговору преступные действия Б. выразились в том, что Б. в 1997 году умышленно, в личных интересах, путем заключения фиктивного договора поставки от 18.01.1994 года, повлекшего в 1997 году последующую череду иных сделок направленных на отчуждение имущества, создал кредиторскую задолженность предприятия, что привело к его неплатежеспособности и последующему банкротству.

В результате всех сделок, совершенных Б. наступила неплатежеспособность ОАО завод « », существенно ухудшилась финансово-хозяйственная деятельность предприятия за период времени с 01.01.1997 года по ноябрь 1999 года , снизилась обеспеченность требований кредиторов всеми активами, обеспеченность обязательств.

В кассационном определении судебная коллегия по уголовным делам Кемеровского областного суда обсуждая вопрос об освобождении Б. от уголовной ответственности указала, что из представленных документов следует, что с момента совершения преступления в период времени с 18.01.1994 года по 09.04.1997 года и 01.01.1997 года по ноябрь 1999 года , на момент постановления приговора истекли сроки давности привлечения к уголовной ответственности (кассационное определение от 24.03.2011 года).

Отметим, что 09.04.1997 года – это дата последних сделок по отчуждению имущества (д оговор об отступном, согласно которому ОАО завод « » передает принадлежащие ему на праве собственности оборудование и производственные средства на сумму 25 млн. рублей в пользу ООО « » за оплату долга ОАО завод « » перед АКБ Кузбасспромбанк»; Акт приема-передачи и перечень имущества подтверждает передачу имущества ОАО завод « » в пользу ООО « » на сумму 25 млн. рублей, в том числе основных средств производства, зданий главных цехов, горношахтного оборудования, станков, …).

Ноябрь 1999 года – время обращения ТОФСФО в арбитражный суд о признании ОАО завод « » банкротом, введения определением Арбитражного суда Кемеровской области на ОАО завод « » процедуры банкротства.

Обобщая изложенное можно сделать вывод, что при определении момента окончания совершения преступления, предусмотренного ст.196 УК РФ, по мнению суда, решающее значение имеет момент исполнения соответствующих действий, реализующих умысел субъекта. В частности, учитывая, что совершались гражданско-правовые действия, определяющим, по мнению суда, явился момент, когда соответствующие виды сделки были исполнены (подписание договора, передача имущества).

Кроме того, момент возникновения последствий применительно к ст.196 УК РФ следует связывать не с появлением негативных изменений у третьих лиц, а с уменьшением собственных активов должника. Такое уменьшение, в сущности, и есть ущемление имущественных интересов кредиторов.

2.2. Кто признается потерпевшим по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст.196 УК РФ?

Из материалов уголовного дела следует, что потерпевшим по уголовному делу о преступлении, предусмотренном ст.196 УК РФ, была признана ИФНС России. Иных потерпевших по делу органы предварительного расследования и суд не установили.

2.3. Возникали ли в Вашей практике ситуации, когда в процессе рассмотрения по существу уголовного дела о преступлении, предусмотренном ст.196 УК РФ, завершалось конкурсное производство по делу о банкротстве и удовлетворялись требования отдельных (всех) кредиторов, выступающих потерпевшими в рамках уголовного дела? Какие процессуальные решения принимались в данном случае?

В практике судов Кемеровской области не было ситуаций, когда в процессе рассмотрения по существу уголовного дела о преступлении, предусмотренном ст.196 УК РФ, при завершении конкурсного производства по делу о банкротстве удовлетворялись требования отдельных (всех) кредиторов, выступающих потерпевшими в рамках уголовного дела.

В ходе производства по уголовному делу в отношении Б. по ч.1 ст.196 УК РФ определением Арбитражного суда Кемеровской области ОАО завод

« » признан банкротом подлежащим ликвидации, конкурсное производство завершенным, требования кредиторов ОАО завод « » не удовлетворенными, и в связи с недостаточностью имущества должника погашенными.

2.4. Встречались ли ситуации, когда преступления, предусмотренные ст.196 УК РФ, совершались с косвенным умыслом?

Полагаем, что преступление, предусмотренное ст.196 УК РФ, совершено Б. с прямым умыслом. Анализ уголовного дела показал, что Б. желал наступления этих последствий в целях извлечения материальной выгоды за счет имущества организации-должника.

Оценивая в приговоре собранные по делу доказательства, суд указал следующее. « В судебном заседании подтверждено то, что подсудимый действует в личных интересах, т.к., являясь владельцем ООО « », заинтересован в безвозмездном получении имущества со стороны ОАО завод « ». Имея в собственности полученное от ОАО завод « » имущество, ООО « » работает, получает прибыль и др. А также личный интерес подсудимого заключается в том, что в результате вывода имущества из ОАО завод « », предприятие становится неспособным рассчитаться по своим денежным обязательствам, тем самым признается банкротом, и освобождается от уплаты миллионной задолженности. Подсудимый и сам пояснил, что не для того, он приобретал завод « », чтобы он был распродан за долги».

Раздел 3. Вопросы по ст.197 УК РФ

Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ст.197 УК РФ, в 2011 году судами Кемеровской области не рассматривались.

Раздел 4. Крупный ущерб

4.1. Согласно примечанию к ст.169 УК РФ крупным признается ущерб в сумме, превышающий один миллион пятьсот тысяч рублей. В практике встречаются случаи, когда ущерб, причиненный каждому из кредиторов меньше указанной выше суммы. Согласны ли Вы с тем, что при определении размера ущерба, если вред причиняется различным кредиторам, оценивать его необходимо применительно к каждому из потерпевших?

В соответствии со ст.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» вред, причиненный имущественным правам кредиторов, определен как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Таким образом, исходя из данного определения вреда, вред, причиненный имущественным правам кредиторов, сводится к уменьшению имущества должника.

Изучение уголовных дел показало, что, по мнению судей Кемеровской области, применительно к ст.195-196 УК РФ причинение ущерба заключается в уменьшении объема имущества, необходимого для удовлетворения долговых обязательств. Учитывая такую позицию относительно того, в чем выражается ущерб, причиненный кредиторам, говорить о том, следует ли суммировать ущерб, причиненный нескольким кредиторам не приходится.

Рассмотрим данную позицию суда на конкретном примере.

Согласно позиции государственного обвинителя (уголовное дело в отношении Б. по ст.196 УК РФ) преднамеренное банкротство влечет уголовную ответственность при условии причинения крупного ущерба. Этот ущерб заключается в уменьшении объема имущества, необходимого для удовлетворения долговых претензий. Т.е. удовлетворение требований кредиторов не происходит в результате недостаточности имущества предприятия, которое выбывает из обладания должника. Крупный ущерб в данном случае выражается в том, что были нарушены законные имущественные права кредиторов.

Суд, согласился с позицией государственного обвинителя, указав в приговоре, что к рупный ущерб в данном случае выражается в том, что были нарушены законные имущественные права кредиторов.

Определяя размер причиненного ущерба суд в приговоре указал, что «считает необходимым уменьшить причинение крупного ущерба до 25 млн. рублей, вместо указанных в обвинении более 41 млн. рублей, то есть ровно на сумму стоимости имущества, переданного в ООО « », т.к. бесспорно доказано, что именно такая сумма имущества была бы в конкурной массе и последовала для удовлетворения требований кредиторов».

По уголовному делу в отношении М. по ч.1 ст.195 УК РФ потерпевшими признаны: ООО « », являющееся должником, интересы которого представлял временный управляющий, и ИФНС России.

Из приговора следует: « Суд пришел к выводу, что в результате преступных действий М. по сокрытию имущества и сведений о нем путем фальсификации бухгалтерских и иных учетных документов, незаконному безвозмездному отчуждению имущества из собственности ООО « », были незаконно выведены основные средства (автотранспорт и техника) балансовой стоимостью на общую сумму 7 282 249,56 рублей, что привело к невозможности осуществления Обществом хозяйственной дельности, предусмотренной Уставом ООО « », в результате чего, ООО « » причинен ущерб в крупном размере, кроме того, неправомерные действия М. по сокрытию и отчуждению имущества Общества балансовой стоимостью на общую сумму 7 282 249,56 рублей привели к невозможности взыскания со стороны МРИФНС России №2 по Кемеровской области задолженности ООО « » по уплате налогов и сборов в бюджеты Российской Федерации и субъектов РФ, в результате чего интересам Российской Федерации причинен ущерб в крупном размере».

Из данного примера следует, что в качестве причиненного обоим потерпевшим ущерба указанна одна и та же сумма (7 282 249,56 рублей), равная стоимости имущества выбывшего из обладания должника, и не вошедшего в конкурсную массу, в результате совершения неправомерных действий.

4.2. Определите момент окончания преступления, предусмотренного ст.195 (196,197) УК РФ (причинения крупного ущерба)?

Составы преступлений, предусмотренные ст.ст.195-196 УК РФ, сконструированы законодателем как материальные составы, соответственно момент окончания соответствующего преступления должен быть связан с причинением крупного ущерба.

Как уже отмечалось в соответствии со ст.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» вред, причиненный имущественным правам кредиторов, определен как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Таким образом, исходя из данного определения вреда, ущерб, причиненный имущественным правам кредиторов, сводится к уменьшению имущества должника. Т.е. уменьшение собственных активов должника, в сущности, и есть ущемление имущественных интересов кредиторов.

Следовательно, при определении момента окончания преступлений, предусмотренных ст.ст.195, 196 УК РФ, решающее значение приобретает момент исполнения соответствующих действий, реализующих умысел субъекта. При этом необходимо помнить, что в подавляющем большинстве совершаются гражданско-правовые действия, следовательно, определяющим фактором будет выступать момент, когда соответствующий вид сделки считается исполненным (подписание договора, передача имущества и др.).

4.3. Как необходимо рассчитывать размер причиненного ущерба? Возможен ли расчет ущерба не от конкретных сделок, а от финансовых результатов деятельности за период?

Учитывая, позицию судей Кемеровской области о том, что в контексте ст.195-196 УК РФ, размер причиненного ущерба соответствует сумме, на которую уменьшилось имущество должника, впоследствии не вошедшее в конкурсную массу, расчет ущерба от финансовых результатов деятельности за период не возможен.

Раздел 5. Вопросы конкуренции норм и совокупности преступлений

5.1. Возникали ли в Вашей практике ситуации, когда неправомерные действия при банкротстве (ст.195 УК РФ) или преднамеренное банкротство (ст.196 УК РФ) осуществлялось путем : а) присвоения (растраты) имущества юридического лица (индивидуального предпринимателя) (ст.160 УК РФ); б) злоупотребления полномочиями лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации (ст.201 УК РФ)?

Как квалифицировалось содеянное: а) по ст.195 (196) УК РФ или б) по ст.195 (196) УК РФ и ст.160 (201) УК РФ?

Случаев, когда бы лицу, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.195, 196 УК РФ, вменялось совершение указанных преступлений путем присвоения (растраты) имущества юридического лица, либо путем злоупотребления полномочиями лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, не имелось.

Раздел 6 Иные вопросы

6.1. Какие вопросы возникают у судов при установлении круга субъектов преступлений, предусмотренных ст.ст.195-197 УК РФ?

В виду незначительности судебной практики у судов отсутствуют вопросы при установлении круга субъектов преступлений, предусмотренных ст.ст.195-197 УК РФ.

6.2. Укажите наиболее распространенные основания, по которым вышестоящими судами принимались решения об отмене приговора или о его изменении.

Обобщение судебной практики показало, что в кассационном порядке в 2011 году обжаловано 2 приговора по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст.195 и ст.196 УК РФ.

В одном случае судебной коллегией по уголовным делам Кемеровского областного суда обвинительный приговор по ч.1 ст.195 УК РФ оставлен без изменения. Во втором случае обвинительный приговор по ст.196 УК РФ изменен в части назначенного наказания; лицо освобождено от отбывания назначенного наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности (п. «в» ч.1 ст.78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ).

6.3. Приведите примеры судебных решений, которые, по Вашему мнению, могут иметь значение для формирования практики по уголовным делам о неправомерных действиях в сфере банкротства?

Ввиду незначительности судебной практики, все примеры судебных решений были приведены в ответах на предложенные вопросы.

6.4. Сформулируйте вопросы, которые требуют разъяснений в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации (по возможности с вариантами ответов).

Полагаем, что в постановлении Пленума Верховного суда РФ следует разъяснить:

1. В чем выражается ущерб в контексте ст.195-196 УК РФ? Как необходимо рассчитывать размер причиненного ущерба? Возможен ли расчет ущерба не от конкретных сделок, а от финансовых результатов деятельности за период?

2. Является ли потерпевшим по делу – юридическое лицо (должник)? Если да, как следует поступить суду (органам предварительного расследования), в случае, если в ходе производства по уголовному делу собственник имущества (юридическое лицо – должник) признано банкротом; кто и чьи интересы будет представлять в особенности, когда по делу был заявлен гражданский иск?