Можно ли расторгнуть договор купли продажи с рассрочкой платежа

Как расторгнуть договор купли-продажи квартиры с обременением, если покупатель нарушает график платежей?

Добрый день!Уважаемые юристы подскажите можно ли расторгнуть Договор купли-продажи квартиры с обременением,рассрочка платежа 12 месяцев равными суммами,если через 6 месяцев покупатель перестал вносить деньги по графику платежей и всячески скрывается вот уже 2 месяца?С момента передачи первого платежа и по настоящее время покупатель проживает в данной квартире!Как добиться справедливости?С уважением, Евгения,

Ответы юристов (2)

Это основание взыскать деньги. Но в вашем случае лучше подать на расторжение договора и выселение. Тогда думаю и оплата будет.

Невыполнение покупателем обязательств по оплате недвижимости, предусмотренных договором купли — продажи, может служить основанием к расторжению этого договора.

В соответствии с пунктом 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации договор по требованию одной из сторон может быть расторгнут по решению суда при существенном его нарушении другой стороной.

С уважением, Сергей П.

Если потребуется помощь, обращайтесь!

Ищете ответ?
Спросить юриста проще!

Задайте вопрос нашим юристам — это намного быстрее, чем искать решение.

Расторжение договора купли-продажи с отсрочкой платежа

Добрый вечер. Заключили договор купли-продажи частного дома с отсрочкой платежа (на 6 месяцев, без первоначального взноса). В процессе эксплуатации дома обнаружились множественные дефекты, о который продавец умолчал. Можем ли мы расторгнуть договор без последствий для себя?

Ответы юристов (2)

Если эти дефекты мешают пользованию жилым помещением, то можете в судебном порядке.

Основания для расторжения договора указаны также в вашем договоре, на который стоит ориентироваться.

Добрый день! В силу ч. 2 ст. 475 ГК РФ в случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору: отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы.

Таким образом, Вы имеете право требовать расторжения договора купли-продажи и возврата уплаченных денежных средств, однако перед этим Вам необходимо провести строительную экспертизу, чтобы доказать, что деффекты дома являются существенными

Ищете ответ?
Спросить юриста проще!

Задайте вопрос нашим юристам — это намного быстрее, чем искать решение.

Расторжение договора купли-продажи квартиры с рассрочкой

За покупку квартиры, покупатель внес задаток, согласно договора купли -продажи квартиры с рассрочкой платежа. До уплаты остальной части покупатель отказался от покупки. Договор был уже зарегистрирован как положено. Есть ли возможность продавцу отстоять договор в суде и не возвращать задаток. Причина отказа — покупатель нашел квартиру по дешевле.

Ответы юристов (2)

​Внесение части суммы в оплату сделки (задатка) является способом обеспечения обязательства.

Согласно ГК РФ , если договор не исполняется по вине задаткодателя, деньги ему не возвращают.

В случае неисполнения обязательств со стороны задаткополучателя он должен вернуть задаток в двойном размере.

При неисполнении обязательства по соглашению сторон либо вследствие невозможности исполнения задаток возвращают задаткодателю.​

Для того, чтобы ответить на Ваш вопрос необходимо изучить договор купли-продажи. Как правило, если в Регпалате осуществлена регистрация перехода права собственности на квартиру на Покупателя, расторгнуть такой договор возможно только в суде. Причем для его расторжения потребуется обоснование. «Нашел квартиру подешевле» — в данном случае обоснованием для Покупателя не будет. Такая причина могла бы иметь место в случае расторжения договора по обоюдному согласию сторон (как устное объяснение причины) и то, только до определенного времени — до регистрации перехода права собственности.

По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной.
Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора (ст. 450 ГК РФ).

Если в договоре часть суммы указана как задаток и она обеспечивает выполнение обязательств по договору, то при расторжении договора эта сумма не возвращается Покупателю. ​

Но еще раз хочу отметить, что более точную консультацию возможно оказать только после изучения договора купли-продажи.

Ищете ответ?
Спросить юриста проще!

Задайте вопрос нашим юристам — это намного быстрее, чем искать решение.

ВС решал, можно ли расторгнуть неоплаченный договор купли-продажи

Верховный суд разбирался в споре двух компаний, которые заключили договор-купли продажи автомобильной техники. Покупатель не оплатил товар в срок полностью, но перечислил больше половины суммы. Продавец же хотел расторгнуть договор.

В рамках реализации имущества компании-банкрота «Поларэкс» общество «Геотек» купило у нее автомобильную и специальную технику. Покупатель получил товар, но не оплатил его полностью. «Поларэкс» направил должнику несколько претензий, а затем предложил расторгнуть контракт. Компания не согласилась, а продавец обратился в Арбитражный суд Тюменской области.

Там компания-ответчик делала акцент на том, что оплатила товар на 65% (дело № А70-9006/2016). Суды отказались расторгнуть соглашение между сторонами и отметили, что оно по сути является договором купли-продажи в кредит с рассрочкой, поэтому продавец, который получил более половины стоимости товара, не вправе отказаться от исполнения своих обязанностей по его передаче и требовать его возврата.

«Поларэкс» обратился в Верховный суд. В кассационной жалобе компания указала, что возможность оплаты товара с рассрочкой не была предусмотрена договором, в связи с чем оплата более половины стоимости товара не препятствует расторжению договора. Заявитель также отметил, что просрочка оплаты товара влечет для него, как для банкрота, неприемлемый ущерб. К этим доводам прислушалась экономколлегия ВС, которая отменила акты нижестоящих инстанций и обязала покупателя вернуть оборудование.

Ольга Пискарева купила два земельных участка, построила на них нежилое здание и несколько других объектов и зарегистрировала право собственности. Позже оказалось, что земля принадлежит Самарской области. Это спустя некоторое время было подтверждено вступившим в силу решением суда по иску об истребовании участков из незаконного владения, в котором было указано: территория предоставлена в постоянное пользование школы-интерната .

Заручившись этим решением, Минимущества области предъявило к Пискаревой иск, в котором потребовало снести постройку. Первая инстанция на заочном заседании решила, что требования обоснованные – ведь у Пискаревой не было прав на землю. Но в апелляции по делу приняли новое решение об отказе в сносе здания. Суд счел, что Пискарева в период строительства еще была собственником участков и о незаконности строений, исходя из этого, речь не идет. К тому же, отметили в апелляции, участки фактически не используются, а вопрос о сносе строений при рассмотрении первого иска об истребовании участков из незаконного владения не ставился.

Минимущества не согласилось с такой позицией и обжаловало ее в ВС (дело № 46-КГ 18-34). Там поддержали министерство. Верховный суд напомнил о преюдиции – ведь вступившим в силу судебным актом подтверждено, что Пискарева не имела права на участки, значит, постройка считается самовольной, сделал вывод ВС. При этом то, что участок не использовался, не имеет значения, а заявлять требование о сносе вместе с иском об изъятии земли необязательно: иск может быть отдельным.

В целом апелляция должна или обязать снести постройку, или признать право собственности. Но там сделали противоречивый вывод: с одной стороны, о необходимости восстановить права заявителя, что без сноса невозможно, с другой – о правомерности строения. Это противоречит выводам преюдициального судебного акта, указал ВС и направил дело на новое рассмотрение апелляции, где на этот раз должны принять во внимание преюдициальный судебный акт.

Когда преюдиция не работает

Согласно позиции КС, «единственным способом опровержения преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам». Виктория Богачева, юрист BGP Litigation, отмечает, что этот подход был закреплен и в практике арбитражных судов. «В постановлении от 20.11.2012 № 2013/12 по делу № А41-11344/11 Президиум ВАС отметил, что любой «судебный акт, который имеет свойство преюдициальности, является обязательным до тех пор, пока он не будет отменен в установленном законом порядке и все установленные в нем факты до их опровержения принимаются судом по другому делу», – напомнила она.

Есть и ряд дел, которые обосновывают исключения из позиции о преюдициальности. Так, суды могут указать на то, что речь идет не о преюдиции, а о «презумпции истинности фактов». «Такая презумпция истинности фактов является преодолимой, если заинтересованная сторона представила достаточные и достоверные доказательства, ее опровергающие. Также суды указывают, что она применима только к фактам, а не к правовым выводам суда, содержащимся в ранее принятом судебном акте. Положения ч. 2 ст. 69 АПК освобождают от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключают их иной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора», – говорит Виктория Богачева.

Однако из правил преюдициальности есть исключения, напоминает Арам Григорян, юрист АБ НСП.

Помимо этого, существует и ряд связанных с преюдицией проблем. Так, суды формально подходят к вопросу об отсутствии преюдициальности фактов, установленных судебным актом, который впоследствии был отменен в апелляции из-за отказа от иска или мирового соглашения.

Отменяя судебный акт суда первой инстанции, апелляция не ликвидирует его как содержащий в себе судебную ошибку, отмечает Григорян. По его словам, в данном случае надо помнить о возможных злоупотреблениях: так, недобросовестная сторона спора может отказаться от иска, чтобы дезавуировать неудобные для себя факты.

Григорян также считает, что особым образом следует урегулировать преюдициальность фактов, установленных в рамках упрощенного производства, когда стороны ограничены в своих состязательных возможностях и судебное заседание не проводится. «Суд в некоторой степени ограничен в процессе поиска, исследования и оценки фактических обстоятельств дела», – поясняет юрист.

Как юрист в сфере банкротства, я вижу много человеческих страданий. Никто не идет к банкротному юристу с хорошими новостями. Чаще из-за болезни, смерти, потери работы, развода или других непредвиденных жизненных событий, которые привели их к финансовому краху. Меня должны были научить на юрфаке, что страдания тех, кто рядом, влияют и на тебя тоже. Обычно юристы по ошибке принимают это чувство за слабость, некомпетентность или другой профессиональный недостаток.

Распознать викарную травму

Я хотела бы раньше узнать, что эти все предположения неверны. Или что стресс юриста, который он испытывает рядом со страдающим клиентом, – нормальное человеческое явление. Для него есть диагноз – викарная («вторичная») травма.

Симптомы викарной травмы такие же, как и у непосредственной. У юриста могут быть нарушения сна или яркие кошмары, онемение во время общения с клиентами или, наоборот, необычная интенсивность переживаний. Например, навязчивые мысли о страшных событиях. Также часто встречается большая тревожность или страх, что поверенный попадет в такую же ситуацию, как его клиент. Некоторые юристы испытывают физиологические изменения. У них меняются привычки в еде, угасает сексуальное влечение, даже начинаются панические атаки.

Если юрист не чувствует себя обособленным от клиента (хоть и сочувствующим), если его переполняют эмоции настолько, что он не может конструктивно думать, – по этим признакам он может распознать викарную травму, говорит бывший юрист, а сейчас психотерапевт Сара Вайнштейн. «Эмоции постоянно берут верх над познанием», – объясняет она. Викарная травма может появиться в результате накопления травматического опыта или от одного-единственного воздействия.

Шэннон Калахан, старший советник Seyfarth Shaw, поделилась, что пережила викарную травму, когда занималась делом, связанным с психиатрической больницей и изнасилованием. «Мне было очень грустно, я не могла перестать плакать. Я избегала подобных дел. Не хотела опять потерпеть поражение, не хотела, чтобы оно отразилось на моем клиенте».

Иногда дела, над которыми мы работаем, несут с собой тяжелые последствия, однако наши возможности повлиять на исход являются ограниченными. Юрист может добиваться определенного результата, но должен помнить, что это может отразиться на его собственном благополучии.

Калахан говорит: «Я до сих пор думаю о своем клиенте: как там она после депортации. Я переживаю за нее, желаю ей всего лучшего и грущу, что проиграла. Чтобы помочь себе справиться, я говорю, что это был сложный случай и я сделала все, что смогла».

Много лет я боролась с хронической бессонницей, была в грусти и оцепенении, работала круглые сутки и наконец-то стала искать терапевта. Я расслабилась, когда узнала, что я не одна борюсь с этими чувствами, что это нормально – думать о своих клиентах и облегчать их боль. Я узнала, что могу стать более стойкой через практики осознанности и самопомощь. Я узнала, как не утонуть в страданиях клиентов и как, покидая офис, не «брать» работу с собой.

«Тем, у кого викарная травма, важно настроиться на сопереживание, но не на эмпатию с клиентами», – подчеркивает Вайнштейн.

Когда юристам нужна помощь

Когда вы сопереживаете, вы неравнодушны к страданиям окружающих и стремитесь их облегчить. Эмпатия означает, что вы становитесь на место клиента. Для юристов важно уметь обе вещи. Но юристы, которые часто работают со страдающими клиентами, должны себе напоминать, что они не клиенты.

Отделять себя от клиента – навык, который поможет вам добиться больших профессиональных высот и не получить травму самому. Еще важно свести к минимуму стресс в других сферах и заботиться о себе. Здоровые привычки – сон, правильное питание, физкультура – имеют большое значение.

Юристы могут быть немногословными. Разговоров о собственном стрессе легче избегать. К тому же часто мы можем отрицать наши страдания, а это чревато нездоровыми компенсациями. По мнению Вайнштейн, юристу надо искать психотерапевта, когда он больше двух-трех месяцев испытывает симптомы травмы – оцепенение, навязчивые мысли, физиологические изменения, сильный страх или беспокойство, что страшные события произойдут в его жизни.

Кому-то может показаться эгоистичным фокусироваться на своих страданиях в свете трагедии клиентов. Но успешным юристом может быть только тот, кто в порядке. Как говорят, наденьте кислородную маску сначала на себя, потом на окружающих.

Перевод статьи Джины Чу «Suffering can be the human consequence of lawyering».

Переживания и крепкая психика

Ирина Фаст из Гражданских компенсаций больше 20 лет помогает получать компенсации за вред здоровью или потерю кормильца. По ее словам, в первые годы она включалась эмоционально, переживала события каждого случая даже во сне. «Я тогда очень волновалась за близких, потому что каждый день видела, какой трагедией может обернуться обычная жизнь, – делится Фаст. – Затем защитные механизмы психики, видимо, взяли верх, и я стала спокойнее реагировать на дела своих клиентов».

Управляющий партнёр МКА Солдаткин, Зеленая и Партнеры Дмитрий Солдаткин защищает по уголовным делам и считает, что здесь адвокату изначально нужна крепкая психика. Его эмпатия выражается в том, что защитник должен сделать все возможное для доверителя, работать добросовестно и профессионально, правильно понять потребности клиента и не вводить его в заблуждение, перечисляет Солдаткин. Он уверен, что адвокат, погруженный в негативные эмоции клиента, не сможет в полной мере ему помочь, потому что ему самому нужна помощь.

Арбитражный управляющий Андрей Шафранов занимается банкротствами физлиц. «Конечно, я испытываю определенное сочувствие людям, которые переживают потерю работы, безденежье, болезни, развод», – рассказывает он. Но голову при этом надо оставлять холодной, убежден Шафранов.

Расчеты по договору еще не закончены, но стороны уже расписались, что все готово и претензий нет. Это отнюдь не редкая ситуация, признает старший юрист BGP Litigation Олег Хмелевский. Госзаказчик может просить оформить акты в конце года, чтобы он смог закрыть все договоры и перейти в следующий финансовый год «без хвостов», объясняет Хмелевский. При этом, по словам юриста, госзаказчик уверяет, что подрядчик получит недостающую сумму в следующем году – якобы тогда на оплату предоставят финансовые лимиты.

На самом деле они не выделяются на «прошлогодний» договор, и единственным способом получить деньги остается суд, продолжает Хмелевский. Но подписанный документ может стать в процессе доказательством против подрядчика. Особенно если подписан не только акт, но и соглашение о расторжении договора. Так произошло в деле № А84-1117/2016, где «Стройиндустрия» требовала 3,7 млн руб. с казенного учреждения «Управление по эксплуатации объектов городского хозяйства» Севастополя.

Компания взялась отремонтировать дорогу на одной из городских улиц за 5,4 млн руб. Из них она получила 1,6 млн руб. в качестве аванса. «Стройиндустрия» попыталась сдать результат летом 2015 года, но учреждение указало на дефекты ремонта. Их исправили. В результате бумаги о приемке стороны оформили в декабре 2015-го. В их числе был не только акт выполненных работ, но и соглашение о расторжении договора от 30 декабря 2015 года. В нем подтверждалось, что «подрядчик выполнил, а заказчик оплатил работы на сумму 5,4 млн руб., обязательства сторон прекращены, кроме гарантийных».

Прекратил или подарил

Следом «Стройиндустрия» подала иск, в котором заявила, что получила лишь аванс, но не оставшиеся 3,7 млн руб. Учреждение предъявило встречные требования. Оно решило действовать радикально и потребовало признать недействительным договор подряда, потому что компания якобы изначально представила недостоверные сведения. Три инстанции оказались единодушны в том, что встречный иск надо отклонить. Но разошлись в оценке первоначальных требований «Стройиндустрии».

АС Севастополя отклонил иск подрядчика, сославшись на соглашение о расторжении договора. Ведь истец не отрицал, что завизировал этот документ, не оспаривал его. Это решение исправил 21-й арбитражный апелляционный суд, который встал на сторону «Стройиндустрии». По его мнению, из решения первой инстанции можно понять, что подрядчик подарил заказчику ремонт ценой 3,7 млн руб. Но в документах ничего не говорится о том, что «Стройиндустрия» готова работать безвозмездно. Наоборот, в соглашении написано, что работы оплачены в полном объеме, указал 21-й ААС. Учреждение перечислило лишь аванс и никак не смогло доказать, что перевело оставшиеся 3,7 млн руб. Поэтому апелляция приняла решение взыскать эту сумму, учитывая то, что госзаказчику нужен был ремонт и он его получил. Такое решение поддержала кассация.

Но с ним не согласилась экономколлегия ВС. По ее мнению, стороны воспользовались свободой договора, когда записали в соглашении, что работы оплачены и обязательства прекращены. Эта сделка действует и никем не оспорена. При этом, уточнил Верховный суд, соглашение о расторжении нельзя квалифицировать как дарение. Ведь п. 2 ст. 572 ГК требует, чтобы намерение одарить было четким и ясным. Экономколлегия подытожила мотивировочную часть выводом, что учреждение не должно доказывать полную оплату работ, поскольку этот факт уже подтвержден соглашением. Таким образом, в силе осталось решение первой инстанции в пользу учреждения.

ВС исходил из того, что обязательство по оплате прекращено, пусть даже оно и не исполнено до конца, говорит партнер юркомпании Нортия ГКС Роман Тарасов. При этом ВС не расценил расторжение договора как предоставление «скидки» на недостающую сумму, обращает внимание Тарасов.

Экономколлегия приняла решение на основании соглашения о расторжении, а также в отсутствие доказательств факта неоплаты, комментирует руководитель судебной практики юрфирмы Клифф Елена Кузнецова.

Ксения Козлова из КА Делькредере солидарна с позицией Верховного суда: «При наличии действительного соглашения о расторжении, где стороны подтвердили исполнение обязательств по договору, суды не могли в этом деле рассматривать доводы истца о неполной оплате». Иного мнения придерживается руководитель юрдепартамента Национальной юридической службы «Амулекс» Надежда Макарова. Она напоминает, что расторжение договора прекращает обязательства, если иное не следует из их сути (п. 2 ст. 453 ГК). А суть строительного подряда как раз в том, что подрядчик выполняет работы, а заказчик их оплачивает, объясняет Макарова.

В деле «Стройиндустрии» было подписано соглашение о расторжении, но акт о приемке работ – это другой документ с другими юридическими последствиями, обращает внимание Тарасов. Если акт о приемке работ подтверждает, что все сделано и претензий нет, то это не мешает участнику договора доказывать в суде ненадлежащее исполнение обязательств, говорит Тарасов.

В то же время иногда такое противоречивое поведение могут расценить как недобросовестное, предупреждает Тарасов.

Не только подрядчик может требовать деньги – заказчик может быть недоволен качеством работ, которые он уже принял по акту. Козлова советует последнему своевременно заявлять возражения, ведь суды учитывают, сколько времени прошло между сдачей работ и предъявлением претензий. Они учитывают и другие обстоятельства. Например, недостатки скрытые или явные. В то же время нередко критика заказчика может объясняться лишь нежеланием оплачивать работы, признает Козлова. Юрист дала советы, какие доводы и доказательства пригодятся в таком споре.

В пользу стороны, которая имеет претензииВ пользу стороны, которая ссылается на подписанный актЗаключения специалистов о несоответствии качества/объема выполненных работ условиям договора, о нарушениях, которые повлияли на результат работ.Ссылки на положения договора, которые предусматривают порядок приемки работ и заявление возражений.Возражения заказчика, заявленные по ходу исполнения договора, но не исполненные подрядчиком.Отсутствие мотивированного отказа и возражений на актах приемки.Доказательства, что использовать результат работ невозможно (например, отказ ввести объект в эксплуатацию, отказ в госэкспертизе проектной документации).Доказательства, которые подтверждают, что заказчик был информирован о ходе выполнения работ (например, на объекте был супервайзер или проводились дополнительные исследования по ходу исполнения договора).Доказательства, подтверждающие скрытый характер недостатков (например, результат работ – технически сложный объект (проектно-изыскательные работы), при приемке работ невозможно проверить надлежащее выполнение).Доказательства использования объекта на момент рассмотрения спора (например, отделочные работы на объекте).

«Главный совет» даёт Хмелевский из BGP Litigation: в документах отражать только то, что было, а не то, что будет. Если всё-таки хочется отразить будущие факты, Хмелевский рекомендует прямо указать, что они только наступят.

В судебной практике наметилась тенденция к сохранению стабильности гражданского оборота, и из-за этого сделки признают недействительными лишь в исключительных случаях, говорит Елена Норкина, старший юрист ЮФ Волга Лигал. Исключением из этого являются оспаривания сделок по так называемым банкротным основаниям, отмечает она: «Участившееся число подобных разбирательств очевидно связано с нынешними экономическими реалиями».

Сроки и специальный субъект

Заявители объективно ограничены в возможности доказать основания недействительности обжалуемых соглашений, объясняет Полина Стрельцова, юрист по банкротным проектам ЮФ Vegas Lex: «Истцы не имеют доступа ко всей документации и сведениям, относящимся к оспариваемой сделке». Учитывая такую особенность, правоприменитель упростил задачу заявителям в подобных спорах. Истцам достаточно подтвердить существенность сомнений в реальности сделки и ее действительной цели, а ответчик уже должен опровергнуть эти аргументы (п. 20 Обзора судебной практики Верховного суда № 5, который утвержден Президиумом ВС РФ 27 декабря 2017 года).

Самое общее обстоятельство в таком оспаривании – злоупотребление правом при заключении сделки. Но чем более специальным будет основание, тем эффективнее признать соглашение недействительным, говорит Анастасия Муратова, юрист правового бюро Олевинский, Буюкян и партнеры.

Но в таких случаях и сложнее собрать доказательства, правильно их квалифицировать, сформировать правовую позицию, добавляет она. Эксперт поясняет, что на практике одна и та же сделка зачастую содержит в себе признаки недействительности по разным причинам одновременно: «Поэтому важен не только сбор доказательств (выписки по счетам должника, сведения о его имуществе на различные периоды, документы по конкретным сделкам), но и их правильная интерпретация».

В обсуждаемых спорах, по сравнению с обычным оспариванием, есть специальный субъект –это управляющий должника, обращает внимание Голенев. Но не на каждом этапе банкротства арбитражный управляющий наделен возможностью оспорить сделки, предупреждает Муратова. В процедуре наблюдения он таким правом не обладает. В споре о банкротстве ООО «НГЦ МЖК» (дело № А43-19799/2015) арбитражный управляющий Анна Кириллова оспаривала сделку несостоятельной организации по уступке долга, когда уже шло конкурсное производство. Но параллельно с этим суды постановили отменить решение о банкротстве предприятия и вернули фирму в процедуру наблюдения. Ссылаясь на это обстоятельство, три инстанции посчитали правильным не рассматривать требование Кирилловой о признании сделки недействительной, пока компания не войдет в конкурсный этап. Производство по заявлению управляющего приостановили. Суды указали на то, что по закону временный управляющий в процедуре наблюдения не может оспаривать соглашения банкротящейся фирмы.

Трудности возникают и при определении правильных сроков в этой теме. По общему правилу годичный срок для оспаривания подозрительной сделки считается с даты открытия конкурсного производства, говорит Артур Зурабян, руководитель практики международных судебных споров и арбитража ART DE LEX. Хотя управляющий или кредиторы могут доказать, что они узнали о спорной операции значительно позже. Так, в деле № А46-6454/2015 управляющий оспорил сделки банкрота через два года после принятия судом решения о несостоятельности предприятия. Тем не менее три инстанции признали столь позднее обращение законным, сославшись на то, что заявитель не получал первичные документы по спорным соглашениям и вообще узнал о них случайно, участвуя в другом разбирательстве.

Срок для оспариванияОснование для оспаривания1 месяц до принятия заявления о признании банкротом.

Когда сделка привела или может привести к досрочному удовлетворению требований одних кредиторов перед другими Если одному из кредиторов оказано предпочтение.

6 месяцев до принятия заявления.Когда сделка направлена на обеспечение обязательства, возникшего до ее совершения. Если операция изменила или может изменить очередность удовлетворения требований одного из кредиторов должника.6 месяцев до принятия заявления.Когда кредитор или контрагент по сделке знал о признаках несостоятельности должника или недостаточности его имущества.1 год до принятия заявления.Когда по сделке получено неравноценное встречное предоставление. Если цена в худшую для должника сторону отличается от цены по аналогичным операциям.3 года до принятия заявления.Если сделка причиняет вред имущественным правам и интересам кредиторов и другая сторона соглашения знала о такой противоправной цели. Вывод активов и банкротство банков

Но главные проблемы в банкротстве возникают, когда бенефициары должника пытаются спасти имущество. Для этого они используют различные схемы, одна из таких – вывести активы из несостоятельной компании путем заключения нескольких последовательных сделок между контрагентами, которые формально не связаны между собой. Зачастую в этой ситуации одно или несколько промежуточных звеньев в дальнейшем ликвидируются, объясняет Зурабян. Ранее подобные хитрости помогали не возвращать имущество в конкурсную массу, даже если сделки успешно оспаривались, говорит эксперт. Но сейчас судебная практика защищает добросовестных участников оборота, отмечает юрист. Теперь в таких делах суды не оценивают аффилированность банкрота с его контрагентами лишь по юридическим признакам (участие в уставном капитале общества, наличие полномочий на принятие решений от имени обществ), предупреждает Стрельцова. Суды стали смотреть на признаки фактической аффилированности между участниками спорного соглашения.

В подобных ситуациях получится применить и последствия недействительности сделки в отношении последнего приобретателя выведенных активов. Так, в деле № А40-33328/16 компания «Инвестиционный Торговый Бизнес Холдинг», получив от Инвестторгбанка кредит на 300 млн руб., по цепочке сделок передала эти средства другим фирмам и физлицам. Операции эти провели менее чем за год до того, как ЦБ назначил в банке временную администрацию – Агентство по страхованию вкладов. АСВ обжаловало спорные соглашения, доказав, что 300 млн руб. через цепочку сделок фактически ушли акционерам кредитной организации. Суды признали спорные соглашения недействительными и постановили, что истинные заемщики должны вернуть эту сумму банку.

Вообще, когда оспариваются банковские операции, совершенные перед банкротством кредитной организации, доказательства недобросовестности второго участника сделки порой не выдерживают никакой критики, возмущается Норкина. По ее словам, иногда кажется, что суду достаточно одного лишь заявления АСВ, чтобы признать такие сделки недействительными. Она замечает, что аналогичные ситуации возникают и с банками, которые не стали несостоятельными, а лишь переживают финансовые трудности. Так, в деле № А40-183445/2016 на втором круге рассмотрения АСГМ отказался взыскивать с санируемого банка «Уралсиб» возмещения по банковским гарантиям на $20 млн. Суд пришел к выводу, что сделки по выпуску гарантий наносят ущерб банку и другим его кредиторам. А бенефициар по спорным соглашениям является недобросовестным лицом, так как принял гарантии от «проблемной» кредитной организации, заключил суд.

Участниками подобных разбирательств при банкротстве кредитных организаций становятся и их заёмщики. Клиент Волжского социального банка внес очередной платеж по кредиту за месяц до того, как у банка отозвали лицензию. Если учитывать временной период, в который прошла эта операция, то временная администрация банка в лице АСВ добилась признания этой сделки недействительной (дело № А55-28168/2013). Заявитель указал, что клиент, перечисляя деньги ВСБ, знал о плачевном финансовом состоянии своего кредитора. Вместе с тем Норкина считает, что такие сделки надо оспаривать лишь в тех случаях, когда есть весомые доказательства осведомленности заемщика о проблемах банка, деньги клиента для погашения займа хранятся в этой же кредитной организации, а корреспондентский счет банка уже заблокирован.

Если говорить о еще одном основании («неравноценном встречном предоставлении»), то по нему получится оспорить сделки предбанкротного периода, когда ликвидное имущество должника продали по цене существенно ниже рыночной, приводит пример Евгений Пугачев из ЮФ Интеллектуальный капитал: «Или когда покупатель так и не заплатил деньги за приобретенный актив». Кроме того, по специальным банкротным основаниям можно оспорить не только договоры или соглашения, но и платежи должника, говорит юрист: «Например, банковский безналичный перевод, который в судебной практике расценивается как сделка».

В обсуждаемых спорах нередко приходится доказывать и осведомленность контрагента о неплатёжеспособности фирмы в ее предбанкротный период, чтобы признать сделку недействительной, замечает Муратова. Но подтвердить такой факт сложно, поэтому суды чаще всего принимают решение не в пользу заявителя. В деле № А40-16677/16 о банкротстве «Р-Холдинга» 9-й ААС разъяснил, что знание о наличии у предприятия многочисленных кредиторов еще нельзя приравнивать к осведомленности о неплатежеспособности компании.

Недостатки и сложности

Оспаривание сделок в банкротстве – это сложный комплексный процесс, который требует учесть финансово-экономическое состояние должника за период, предшествующий спорной операции, говорит Роман Речкин, старший партнер Интеллект-С. Кроме того, такое оспаривание, как правило, происходит не один месяц – за это время ответчик успевает вывести все свои активы, рассказывает Муратова. Поэтому даже успех в подобном деле вовсе не гарантирует, что удастся реально пополнить конкурсную массу должника, резюмирует Муратова.

Говоря о других недостатках в регулировании обсуждаемых отношений, Алмаз Кучембаев, руководитель юрагентства Кучембаев и партнеры, предлагает законодательно регламентировать, что оспаривать сделку по выводу имущества может любой взыскатель, а не только тот, который являлся взыскателем на дату спорной сделки. В заключение эксперт считает справедливым установить одинаковые правила по оспариванию подобных сделок для юридических и физических лиц – по аналогии со ст. 213.32 «Закона о банкротстве» («Особенности оспаривания сделки должника-гражданина»).

Вопросы судебной практики: имеет ли право продавец расторгнуть договор купли-продажи жилого помещения с рассрочкой платежа в случае, если покупатель не уплатил за него деньги (Савостьянова О.Н.)

Дата размещения статьи: 15.03.2017

На практике весьма часто встречается форма договора купли-продажи жилого помещения с рассрочкой платежа. При этом во многих подобных случаях ошибка продавца состоит в том, что он перед продажей своего жилья не согласовывает с покупателем очень важное условие о том, что неоплата стоимости жилого помещения в срок, установленный в договоре, является основанием для расторжения договора купли-продажи продавцом и возврата жилого помещения в собственность продавца. Впоследствии это может привести к тому, что если покупатель окажется недобросовестным, то продавец и лишится своей квартиры, и потеряет деньги.

В частности, этот вывод сделан на основе судебной практики по данной категории дел, которая является весьма противоречивой.
Приведем пример положительной судебной практики, где суд удовлетворил требования продавца жилья к покупателю о расторжении договора купли-продажи в связи с неоплатой стоимости продаваемой квартиры.
Обстоятельства дела. Стороны по договору купли-продажи жилья (продавец и покупатель) установили условие, по которому оплата производится после государственной регистрации договора. В ходе судебного заседания стороной истца отрицалась выплата ответчиком стоимости продаваемой квартиры.
Позиции судов первой и апелляционной инстанции. Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции указал, что ответчик не допускал нарушений условий договора и стороной истцов не представлено объективных доказательств существенных нарушений договора ответчиком по смыслу п. 1 и п. 2 ст. 450 Гражданского кодекса РФ. Суд также основывался на том, что в гражданском законодательстве отсутствуют нормы, позволяющие расторгнуть договор купли-продажи в связи с неуплатой покупателем покупной цены; при этом суд признал факт непередачи ответчиком денежных средств в счет оплаты стоимости квартиры по договору купли-продажи и несоставления акта приема-передачи квартиры обстоятельством, подлежащим оспариванию в ином порядке. Однако Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда не согласилась с выводами суда первой инстанции, посчитав, что указанные обстоятельства являются существенным нарушением оспариваемого договора, значительно нарушают права истца, влекут такой ущерб, что он в значительной степени лишается того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора, и признаются влекущими расторжение договора купли-продажи. Кроме того, суд апелляционной инстанции сослался на положения ст. 1103 Гражданского кодекса РФ о неосновательном обогащении, положения которой подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством. Поэтому в случае расторжения договора продавец, не получивший оплаты по нему, вправе требовать возврата переданного покупателю имущества на основании ст. 1102, 1104 Гражданского кодекса РФ. Судебной коллегией по гражданским делам отменено решение первой инстанции и постановлено новое решение об удовлетворении исковых требований о расторжении договора купли-продажи квартиры и ее возврате в собственность продавца. Судебный акт о возврате недвижимого имущества продавцу является основанием для государственной регистрации прекращения права собственности покупателя и государственной регистрации права собственности на этот объект недвижимости продавца . Выводы, аналогичные позиции Судебной коллегии по гражданским делам по данному делу, содержатся еще в ряде судебных актов .
———————————
Апелляционное определение Московского областного суда от 28 ноября 2012 г. по делу N 11-25171/2012г. // СПС «КонсультантПлюс». 2016.
Апелляционное определение Московского городского суда от 22 апреля 2013 г. по делу N 11-10922; Апелляционное определение Московского городского суда от 4 июня 2015 г. по делу N 33-16634 // СПС «КонсультантПлюс». 2016.

В некоторых случаях суды, расторгая договор купли-продажи квартиры в связи с неоплатой, ссылались на положения п. 2 ст. 489 Гражданского кодекса РФ, согласно которым, когда покупатель не производит в установленный договором срок очередной платеж за проданный в рассрочку и переданный ему товар, продавец вправе, если иное не предусмотрено договором, отказаться от исполнения договора и потребовать возврата проданного товара, за исключением случаев, когда сумма платежей, полученных от покупателя, превышает половину цены товара .
———————————
Апелляционное определение Московского городского суда от 8 ноября 2013 г. по делу N 11-37226; Апелляционное определение Московского городского суда от 10 февраля 2014 г. по делу N 33-5351; Апелляционное определение Московского городского суда от 20 января 2015 г. по делу N 33-1397/15 // СПС «КонсультантПлюс». 2016.

Следует отметить, что согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 65 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 , регистрация перехода права собственности к покупателю на проданное недвижимое имущество не является препятствием для расторжения договора по основаниям, предусмотренным ст. 450 Гражданского кодекса РФ.
———————————
Постановление Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» // Российская газета. N 109. 2010. 21 мая.

Однако анализ судебной практики показал, что на сегодняшний день преобладает абсолютно противоположная позиция судов. Суть ее в основном сводится к следующему: во-первых, судами принималось во внимание, что оспариваемые договоры купли-продажи жилья не содержали условия о расторжении договора по требованию продавца в судебном порядке с возвращением полученного по договору до момента его расторжения в случае неоплаты продаваемого жилья; во-вторых, в Гражданском кодексе РФ (глава 30, параграф 7 «Продажа недвижимости», ст. 549 — 558 Гражданского кодекса РФ) отсутствуют нормы, позволяющие расторгнуть договор купли-продажи и аннулировать возникшее у покупателя право собственности на объект недвижимости в связи с неуплатой им покупной цены; в-третьих, неоплата покупателем товара сама по себе не является существенным нарушением условий договора, позволяющим расторгнуть его по основаниям п. 2 ст. 450 Гражданского кодекса РФ; в-четвертых, в п. 3 ст. 486 Гражданского кодекса РФ содержится специальная норма, определяющая правовые последствия несвоевременной оплаты покупателем переданного ему продавцом товара по договору купли-продажи, которые заключаются в наличии у продавца права потребовать оплаты товара, а также дополнительно уплаты процентов в соответствии со ст. 395 Гражданского кодекса РФ .
———————————
Апелляционное определение Московского городского суда от 18 мая 2016 г. по делу N 33-19036; Апелляционное определение Московского городского суда от 20 июня 2016 г. по делу N 33-14727; Апелляционное определение Московского городского суда от 18 мая 2016 г. по делу N 33-19036 // СПС «КонсультантПлюс». 2016.

Как думается, позиция судов, говорящая об отсутствии правовых норм в Гражданском кодексе, позволяющих расторгнуть договор купли-продажи в связи с неуплатой покупной цены, а тем более о том, что неоплата стоимости товара не является существенным нарушением условий договора, является абсурдной.
Процитирую, например, некоторые выдержки из мотивировочной части одного из судебных актов: «Из содержащегося в п. 2 ст. 450 Гражданского кодекса РФ понятия существенного нарушения договора одной из сторон (существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора) следует, что сторона, предъявляющая в суд требование о расторжении договора по этому основанию, должна представить доказательства, подтверждающие именно такой характер нарушения. Между тем истец не представил суду первой инстанции, а также Судебной коллегии каких-либо доказательств причинения значительного, по смыслу п. 2 ст. 450 ГК РФ, ущерба, как того требует ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, ссылаясь лишь на невыплату денег за помещение ответчиком. Однако сама по себе невыплата покупателем денег продавцу за объект недвижимости без учета конкретных обстоятельств дела применительно к п. 2 ст. 450 существенным нарушением договора купли-продажи не является» .
———————————
Апелляционное определение Московского городского суда от 26 июня 2015 г. по делу N 33-17212 // СПС «КонсультантПлюс».

Сразу напрашивается встречный вопрос: каким образом истец должен доказывать значительность или существенность ущерба? Следуя подобной логике, можно заключить, что если продавцом квартиры, при схожих условиях, являлся одинокий пенсионер, который продал свое единственное жилье, чтобы купить дом в деревне, а на оставшиеся деньги обеспечить себе безбедную старость, то неоплата покупателем стоимости продаваемого жилья повлечет для него существенный ущерб, а вот если деньги не были выплачены владельцу нескольких объектов недвижимости, то для него этот ущерб не будет являться значительным?
Не кажется ли, что в данном случае возникает своего рода дискриминация, ставящая в неравное положение материально обеспеченных и лиц с небольшим доходом? Между тем принцип равенства прав граждан перед законом и судом вне зависимости от материального положения закреплен в ст. 19 Конституции Российской Федерации.
При этом замечу, что в силу ст. 555 Гражданского кодекса РФ условие о цене в договоре купли-продажи недвижимости является существенным. В частности, в ч. 1 данной статьи говорится, что при отсутствии в договоре согласованного сторонами в письменной форме условия о цене недвижимости договор о ее продаже считается незаключенным.
Лишена здравого смысла и отсылка судов к положениям п. 3 ст. 486 и ст. 395 Гражданского кодекса РФ, позволяющим требовать от покупателя в случае неоплаты переданного ему продавцом товара по договору купли-продажи оплаты товара, а также дополнительно уплаты процентов.
Допустим, суд удовлетворит требования покупателя о взыскании денег с продавца и процентов. Однако, учитывая высокую стоимость жилья, на практике получится, что, если у покупателя отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, продавец будет получать с него эти деньги по исполнительному листу десятки лет. А если у покупателя отсутствует источник дохода и имущество, тогда продавец вообще не получит ни денег, ни квартиры?
Существует и другой вариант. Обращаясь в суд с иском о взыскании денежных средств и процентов с покупателя в связи с неоплатой стоимости квартиры (на основании п. 3 ст. 486 и ст. 395 Гражданского кодекса РФ), истец заявит в суд ходатайство о принятии мер по обеспечению иска в виде запрета отчуждения спорной квартиры. Тогда в рамках исполнительного производства в целях обеспечения требований истца (взыскателя) спорная квартира может быть реализована с торгов. Однако как быть продавцу, если к моменту обращения в суд с иском о расторжении договора купли-продажи квартира уже перепродана или является единственным местом жительства ответчика-покупателя (должника), т.е. имуществом, на которое в силу ч. 1 ст. 446 ГПК РФ не может быть обращено взыскание?
Таким образом, продавец в данном случае оказывается в тупиковой ситуации, становясь в положение лица, лишенного доступа к правосудию, что недопустимо в силу положений п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод .
———————————
Конвенция о защите прав человека и основных свобод // СЗ РФ. 2001. N 2. Ст. 163.

В свою очередь отмечу, что в судебной практике имели место случаи, когда суды удовлетворяли иск покупателя о расторжении договора купли-продажи жилого помещения в связи с неоплатой, но при этом отказывали в применении последствий расторжения и признании за ним права собственности, ввиду того что квартира к моменту рассмотрения спора в суде была перепродана .
———————————
Апелляционное определение Московского городского суда от 10 февраля 2014 г. по делу N 33-5351 // СПС «КонсультантПлюс». 2016.

Как представляется, при «двойной перепродаже», по аналогии с признанием сделок недействительными, необходимо оценивать «добросовестность приобретения» квартиры последующим покупателем. В частности, правильной является позиция суда, который, применяя положения ст. 301 Гражданского кодекса РФ об истребовании имущества из чужого незаконного владения и возвращая квартиру в собственность продавца, отметил, что последующего покупателя квартиры нельзя считать добросовестным приобретателем, поскольку он, приобретая квартиру у первоначального покупателя, не проявил обычную степень осмотрительности и осторожности, не принял меры, направленные на проверку юридической судьбы приобретаемой квартиры .
———————————
Апелляционное определение Московского городского суда от 20 августа 2015 г. по делу N 33-25164 // СПС «КонсультантПлюс».

В свете изложенного небезынтересно мнение Л.А. Трофимовой о том, что объединяющим фактором любых подходов к исследованию судебной практики является единство развития судебной системы. Стабильность и правовая определенность судебной практики, устранение в результате развития пробелов нормативно-правового регулирования общественных отношений противоречий и коллизий в законе являются важнейшим фактором развития и совершенствования современного права в России .
———————————
Трофимова Л.А. Понятие и значение судебной практики в российской правовой системе // Арбитражный и гражданский процесс. 2016. N 2. С. 7.

При этом основной задачей суда является восстановление и защита нарушенного права. Именно тогда, когда человек получит возможность реального восстановления своих нарушенных прав и защиты законных интересов, суд будет выполнять возложенные на него государством функции органа правосудия.
В этой связи нельзя не согласиться с мнением Г.В. Синцова о том, что говорить о безусловности и абсолютности конституционного права на обращение в суд и на судебную защиту в настоящее время не приходится. Г.В. Синцов справедливо отмечает, что нередко заинтересованное лицо, чьи права и интересы нарушены, обращается за судебной защитой в случаях, когда все возможные досудебные процедуры урегулирования конфликта исчерпаны и без участия органа правосудия восстановление нарушенных прав не представляется возможным. Поэтому с психологической точки зрения заявитель, как правило, рассматривает судебный процесс как единственную оставшуюся возможность восстановить справедливость как с материальной, так и с моральной точки зрения .
———————————
Синцов Г.В. Проблемы реализации конституционного права на судебную защиту в арбитражном процессе // Арбитражный и гражданский процесс. 2015. N 7. С. 50.

В завершение изложенного хотелось бы дать некоторые рекомендации продавцам по условиям договора купли-продажи жилья с рассрочкой платежа, которые помогут избежать подобных ситуаций: в договоре купли-продажи с рассрочкой платежа необходимо прописывать условие о том, что «неоплата стоимости жилого помещения в срок, установленный в договоре, является его существенным нарушением и основанием для расторжения договора купли-продажи продавцом и возврата жилого помещения в собственность продавца»; указывать в договоре реальную стоимость квартиры; предусматривать в договоре купли-продажи условие о залоге продаваемой квартиры, который подлежит государственной регистрации (п. 1 ч. 1 ст. 339.1 Гражданского кодекса РФ); предусматривать в договоре штрафные санкции в случае неуплаты в срок суммы договора.
Аналогичные условия приемлемы для договоров купли-продажи с рассрочкой платежа в отношении любой недвижимости.

ЛИТЕРАТУРА

1. Постановление Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» // Российская газета. N 109. 2010. 21 мая.
2. Синцов Г.В. Проблемы реализации конституционного права на судебную защиту в арбитражном процессе // Арбитражный и гражданский процесс. 2015. N 7. С. 49 — 54.
3. Трофимова Л.А. Понятие и значение судебной практики в российской правовой системе // Арбитражный и гражданский процесс. 2016. N 2. С. 7 — 12.