Деятельность римских юристов связана с каким периодом

Деятельность римских юристов связана с каким периодом

12. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЮРИСТОВ КАК ИСТОЧНИК РИМСКОГО ПРАВА

Формирование юриспруденции как самостоятельного и важного источника права началось примерно в III в. до н. э.

В период республики деятельность юристов сводилась к:

– консультации граждан, обратившихся за юридической помощью (presponsa);

– даче образцов и редактированию договоров и судебных исков (cavere);

– руководству юридическими действиями сторон без их защиты в суде (agere).

Результат деятельности юристов – появление в Риме наряду с цивильным правом права, созданного толкованием юристов. Именно путем толкования развивалась большая часть институтов римского права. Литературная деятельность республиканских юристов выражалась в комментариях к Законам XII Таблиц. Комментарии состоят из трех частей:

– образец исковой формулы.

Более поздние юридические произведения содержали обобщение практики и новые юридические материалы, правила.

Римские юристы составляли многочисленные юридические трактаты, монографии и учебные руководства. Наиболее авторитетными и известными стали «Фрагменты» Ульпиана, правоведа и администратора III в. н. э., «Сентенции» Юлия Павла (III в. н. э.), а также учебное руководство для начинающих или своего рода очерк права с точки зрения бытовой повседневности, правоведа и судьи Гая (II в. н. э.) «Институции», получившее особое распространение в римских провинциях простотой изложения основ права.

Первые республиканские юристы – основатели цивильного права. К ним относятся: Марк Манилий, Марк Юний Брут, Публий Муций Сцевола, Цицерон (красноречивейший из юрисконсультов). Деятельность римских юристов достигла расцвета в период принципата – классический период. В классическую эпоху частное право достигло наивысшего развития.

В эпоху республики юристы толковали закон буквально. В классический период появляется свободное толкование, основанное на выявлении воли сторон или законодателя. «Знать законы – это не значит держаться за их слова, но понимать их смысл и значение» (юрист Цельд). Классические юристы отошли от старого толкования, а новые толкования были направлены на отыскание справедливости.

Прокульянцы: Лабеон (основатель), Цельз-отец, Цельз-сын, Пегасий, Нераций.

Сабиньянцы: Капитон (основатель), Массурий Сабин, Яволен Приск, Юлиан, Помпоний, Гай.

Сабиньянская школа – более формальная, монархическая, прокульянская школа – менее формальная, республиканская.

Папиниан славился умением абсолютно точно подвести отдельные жизненные случаи под конкретные нормы права.

Павел и Ульпиан занимались сбором, обработкой и комментированием трудов предшественников.

Последним в эпохе крупных юристов был грек Модестин. По закону о цитировании юристов 426 г. комментарии юристов Павла, Ульпиана, Па-пиниана, Гая и Модестина приравниваются к закону. Все судьи и чиновники империи были обязаны руководствоваться мнением, которого придерживалось большинство этих юристов, в случае равенства голосов предпочтение отдавалось мнению Папиниана.

Занятия юриспруденцией – один из почетнейших и благородных видов деятельности в Риме. Труд юристов был в правовом отношении бесплатным, однако они имели право претендовать на honorarium (благодарственный подарок) за их услуги.

РИМСКОЕ ЧАСТНОЕ ПРАВО

26. Деятельность классических юристов. Особого расцвета римская юри­спруденция достигла в период принципата ( I — III вв. н.э.), признаваемый за классический. В эту именно эпоху право частной собственности, частное право, достигло своего высшего развития. Это обусловливало широкое разви­тие деятельности юристов.

Задачи, стоявшие перед юристами классической эпохи, отличались боль­шой сложностью. Классовые противоречия все больше углублялись и обост­рялись, восстания рабов приняли такие формы и размеры, что весь рабовла­дельческий строй оказывался в опасности, и требовались чрезвычайные меры для обеспечения господства верхушки рабовладельческого класса. Беспре­рывно росли и противоречия между различными группировками свободного населения. С другой стороны, рост государственной территории, расширение торгового оборота, развитие и усложнение всех хозяйственных отношений вызывали необходимость соответствующих изменений правовой надстройки. Необходимо было проявить гибкость и разрешать вновь возникающие вопро­сы в интересах господствующего класса, в первую очередь — в целях закреп­ления неограниченного права собственности рабовледельцев на рабов и пра­ва собственности на землю.

Классические юристы успешно справились со стоявшими перед ними за­дачами. Верные своему практическому направлению, они в своих кратких и весьма четких решениях отдельных казусов удовлетворяли новые запросы жизни в соответствии с интересами господствующего класса. При этом не­редко наблюдалось, что, устанавливая по существу новые принципы, рим­ские юристы приурочивали их к старым понятиям и подкрепляли ссылкой на авторитет старых юристов: в этом сказывался присущий римским юристам консерватизм. Но, наряду с этим, в их деятельности, и, прежде всего, в тол­ковании закона определенно сказывалось и прогрессивное начало. На место прежнего словесно-грамматического толкования законов и сделок является толкование ex voluntate , основанное на отыскании воли закона или сторон. Как говорит Цельз , scire leges поп hoc est verba earum tenere, sed vim ac potestatem (D. 1. 3. 17). знать законы—это не значит держаться за их слова, но [по­нимать] их силу и значение [мощь].

Классические юристы не отходили, однако, без нужды от грамматически словесного толкования. При отсутствии в словах закона или сделки какой-либо двусмысленности недопустимо особо ставить вопрос о воле — quaestio voluntatis .

Cum in verbis nulla ambiguitas est , поп debet admitti voluntatis quaes ­ tio ( D . 32.25.1). — Когда слова не возбуждают никаких разногласий, не следует допускать [постановки] вопроса о воле.

Отходя от старого, строго цивильного права ( strictum ius ), новое толкова­ние направилось в сторону искания aequum et bonum — справедливого и до­брого.

Это новое толкование опиралось на зачатки тогдашней науки. Реторическая теория толкования права к концу республики вошла в систему обучения, достигла зрелости и оказала глубокое влияние на римскую юриспруденцию. Она примыкала к аристотелевской науке и ставила себе целью научить своих учеников возможно логичному толкованию. Реторическая теория энергично протестовала против старого формализма и буквального толкования, из кото­рого проистекало, что высочайшее право — summum ius — становилось глу­бочайшей несправедливостью — summa iniuria . В спорных случаях теория внушала искать настоящей воли законодателя, выявлять те цели, которые преследовал законодатель ( ratio legis ), в юридических же сделках цели, кото­рые ставили себе договаривающиеся стороны ( lex contractus ).

ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ

В Древнем Риме занятие правом первоначально было делом понтификов, одной из коллегий жрецов. Ежегодно один из понтификов сообщал частным лицам позицию коллегии по правовым вопросам. Около 300 г. до н. э. юриспруденция освобождается от понтификов. Начало светской юриспруденции, согласно преданию, связано с именем Гнея Флавия.

Деятельность юристов по разрешению правовых вопросов включала: 1) respondere – ответы на юридические вопросы частных лиц, 2) cavere – сообщение нужных формул и помощь при заключении сделок, 3) agere – сообщение формул для ведения дела в суде. Причем юристы оформляли свое мнение по делу в виде письменного обращения к судьям или в виде протокола, который содержал запись устной консультации и составлялся при свидетелях. Опираясь на источники действовавшего права (обычное право, Законы ХП таблиц, законодательство народных собраний, эдикты магистратов, сенатусконсульты и конституции императоров), юристы при разборе тех или иных дел интерпретировали существовавшие правовые нормы в духе их соответствия требованиям справедливости ( aequitas ) и в случае коллизий зачастую изменяли старую норму с учетом новых представлений о справедливости и справедливом праве ( aequum ius ).

Подобная правопреобразующая (и нередко правообразующая) интерпретация юристов мотивировалась поисками такой формулировки предписания, которую дал бы в изменившихся условиях сам справедливый законодатель. Принятие правовой практикой новой интерпретации (прежде всего в силу ее аргументированности и авторитета ее автора) означало признание ее содержания в качестве новой нормы права, а именно нормы ius civile (цивильного права), которое охватывало, кроме того, также обычное право, законодательство народных собраний, преторское право. Правопреобразующая деятельность юристов обеспечивала взаимосвязь различных источников римского права и содействовала сочетанию стабильности и гибкости в дальнейшем его развитии и обновлении.

Своего расцвета римская юриспруденция достигает в последний период республики и особенно в первые два с половиной века империи. Уже первые императоры стремились заручиться поддержкой влиятельной юриспруденции и по возможности подчинить ее своим интересам. В этих целях выдающиеся юристы уже со времени правления Августа получили специальное право давать ответы от имени императора ( ius respondendi ). Такие ответы пользовались большим авторитетом и постепенно (по мере укрепления власти принцепса, который вначале не был законодателем) стали обязательными для судей, а в III в. на отдельные положения юристов-классиков ссылались как на текст самого закона.

Со второй половины III в. намечается упадок римской юриспруденции, в значительной мере связанный с тем, что приобретение императорами законодательной власти прекратило правотворческую деятельность юристов. Со времени Диоклетиана императоры, получив неограниченную законодательную власть, перестали давать юристам ius respondendi . Правда, положения юристов классического периода сохраняли свой авторитет и в новых условиях.

Из большого числа известных юристов классического-периода наиболее выдающимися были Гай (II в.), Папиниан (II–III вв.), Павел (II–III вв.), Ульпиан (II– Ш вв.) и Модестин (II–III вв.). Специальным законом Валентиниана III (426 г.) о цитировании юристов положениям этих пяти юристов была придана законная сила. При разноречиях между их мнениями спор решался большинством, а если и это было невозможно, то предпочтение отдавалось мнению Папиниана. Упомянутый закон признавал значение положений и других юристов, которые цитировались в трудах названных пяти юристов. К таким цитируемым юристам прежде всего относились Сабин, Сцевола, Юлиан и Марцелл.

Сочинения римских юристов стали важной частью кодификации Юстиниана ( Corpus iuris civilis ), которая включала: 1) Институции, т. е. освещение основ римского права для начального обучения (для этой части были использованы «Институции» Гая, а также работы Ульпиана, Флорентина и Марциана); 2) Дигесты (или Пандекты), т. е. собрание отрывков из сочинений 38 римских юристов (с I в. до н. э. – по IV в. н. э.), причем извлечения из работ пяти знаменитых юристов составляют более 70% всего текста Дигест; 3) Кодекс Юстиниана (собрание императорских конституций). Руководил всей этой большой кодификационной работой, в том числе и составлением Дигест, выдающийся юрист VI в. Трибониан. Следует иметь в виду, что прежде всего именно собрание текстов римских юристов обеспечило кодификации Юстиниана выдающееся место в истории права.

Деятельность римских юристов была по преимуществу направлена на удовлетворение нужд правовой практики и приспособление действующих норм права к изменяющимся потребностям правового общения. Вместе с тем в своих комментариях и ответах по конкретным делам, а также в сочинениях учебного профиля (институции и т. д.) они разрабатывали и целый ряд общетеоретических положений. Правда, к формулированию общеправовых принципов и определений римские юристы подходили весьма осторожно, отдавая предпочтение детальной и филигранной разработке конкретных правовых вопросов и лишь на этой основе делая те или иные обобщения. Отсюда известное изречение «всякое определение опасно», восходящее к положению юриста I–II вв. Яволена: «В цивильном праве всякое определение чревато опасностью, ибо мало случаев, когда оно не может быть опрокинуто».

Такая осторожность в формулировке общих положений (правил, regulae ) диктовалась также и тем, что подобные обобщения юристов (правила) приобретали значение общих правоположений (правовых норм, правил и принципов). Характерна в. данной связи позиция Павла: «Правило – краткое выражение того, что есть; не из правила выводится право, а из существующего права – правило».

К римским юристам восходит деление права на частное и публичное. Ульпиан в своем, ставшем классическим, делении всего права на публичное (право, которое «относится к положению Римского государства») и частное (право, которое «относится к пользе отдельных лиц») отмечал, что, в свою очередь, «частное право делится на три части, ибо оно составлено из естественных предписаний, из (предписаний) народов, или (предписаний) цивильных». Названные «части» – это не изолированные и автономные разделы права, а скорее взаимодействующие и взаимовлияющие компоненты и свойства, теоретически выделяемые в структуре реально действующего права в целом.

Взаимопроникновение различных составных моментов («частей») права, невозможность их «чистого» выделения из права в целом и резкого обособления подчеркивал и сам Ульпиан. «Цивильное право, – отмечал он, – не отделяется всецело от естественного права или права народов. Итак, если мы добавляем что-либо к общему праву или сокращаем из него, то мы создаем наше собственное право, то есть цивильное. Таким образом, наше право является или писаным или неписаным, как у греков; из законов одни написаны, другие не написаны».

Требования и свойства естественного права пронизывают не только цивильное право, но и право народов (ius gentium ), которое означало право, общее у всех народов, а также отчасти и право международного общения. «Право народов, – писал Ульпиан, – это то, которым пользуются народы человечества; можно легко понять его отличие от естественного права: последнее является общим для всех живых существ, а первое – только для людей в их отношениях между собой».

Так обстоит дело и согласно взглядам юриста Гая. «Все народы, управляемые законами и обычаями, – писал он, – пользуются частью своим собственным, частью правом, общим всем людям». Причем это общее право, называемое им правом народов, в своей основе и по существу является естественным правом – «правом, которое естественный разум установил между всеми людьми».

Идею взаимосвязи и единства различных составных моментов и свойств, присущих праву вообще; теоретически точней и четче, чем Ульпиан и Гай, выразил юрист Павел. «Слово «право», – пояснял он, – употребляется в нескольких смыслах: во-первых, «право» означает то, что всегда является справедливым и добрым, каково естественное право. В другом смысле «право» – это то, что полезно всем или многим в каком-либо государстве, каково цивильное право. Не менее правильно в нашем государстве «правом» называется ius honorarium (преторское право)».

Важно иметь в виду, что все эти различные «смыслы» одновременно присутствуют в общем понятии «право» (ius),

Включение римскими юристами естественного права в совокупный объем понятия права вообще со всеми вытекающими отсюда последствиями соответствовало их исходным представлениям о праве как справедливом явлении.

«Изучающему право, – подчеркивает Ульпиан, – надо прежде всего узнать, откуда происходит слово ius (право); оно получило свое название от iustitia (правда, справедливость), ибо, как превосходно определяет Цельс, право есть ars (искусство, практически реализуемое знание и умение) boni (добра) и aequi (равенства и справедливости)».

Понятие aequi (и aequitas ) играет существенную роль в правопонимании римских юристов и используется ими, в частности, для противопоставления aequum ius (равного и справедливого права) ius iniquum (праву, не отвечающему требованиям равной справедливости).

Aequitas , будучи конкретизацией и выражением естественно-правовой справедливости, служила масштабом для корректировки и оценки действовавшего права, руководящим ориентиром в правотворчестве (юристов, преторов, сената, да и других субъектов правотворчества), максимой при толковании и применении права.

» Iustitia (правда, справедливость), – отмечал Ульпиан, – есть постоянная и непрерывная воля воздавать каждому свое право». Из такого общего понимания правовой справедливости Ульпиан выводил следующие, более детальные «предписания права»: «жить честно, не чинить вреда другому, каждому предоставлять то, что ему принадлежит». В соответствии с этим и юриспруденцию он определял как «познание божественных и человеческих дел, знание справедливого и несправедливого».

В целом для правопонимания древнеримских юристов характерно постоянное стремление подчеркнуть не только аксиологические (ценностные) черты права, но и присущие понятию права качества необходимости и долженствования. Причем оба эти аспекта тесно связаны в определенное единство справедливого права.

Показательно в этом отношении, в частности, следующее положение Павла: «Говорится, что претор высказывает право, даже если он решает несправедливо: это (слово) относится не к тому, что претор сделал, но к тому, что ему надлежало сделать».

Эти требования, согласно воззрениям древнеримских юристов, распространяются на все источники права, в. том числе и на закон ( lex ). Так, Папиниан дает следующее определение закона: «Закон есть предписание, решение мудрых мужей, обуздание преступлений, совершаемых намеренно или по неведению, общий обет государства». На более абстрактном языке последующего времени можно сказать, что в приведенном определении закона затрагиваются, в частности, такие его черты, как его общеимперативность, разумность, социальность (антикриминальность), общегосударственный характер (и в смысле наделенности закона государственной защитой, и в смысле обязанности соблюдения закона и его святости для самого государства).

Аналогичные характеристики закона содержатся и у Марциана, солидаризирующегося со следующим определением греческого оратора Демосфена: «Закон есть то, чему все люди должны повиноваться в силу разных оснований, но главным образом потому, что всякий закон есть мысль (изобретение) и дар бога, решение мудрых людей и обуздание преступлений, совершаемых как по воле, так и помимо воли, общее соглашение общины, по которому следует жить находящимся в ней».

Справедливость права подразумевается и там, где римские юристы заняты юридико-техническим анализом закона и иных источников права. Так, например, когда юрист Модестин пишет, что «действие (сила) права: повелевать, запрещать, наказывать» *, то при этом предполагается, что подобные формализации и классификации правовой императивности имеют смысл (и силу) лишь постольку, поскольку речь идет об императивах (велениях) именно права, т. е. справедливого права. Данное принципиальное обстоятельство ясно подчеркивали сами римские юристы. Так, Павел писал: «То, что воспринято вопреки началам права, не может быть распространено на последствия». Иначе говоря, то, что противоречит принципам (началам) права, не имеет юридической силы.

* У Цицерона речь соответственно шла о велениях и запретах, у юриста Квинтилиана – о воздаянии, ограничении, наказании, запрещении и дозволении.

Ту же мысль развивал и Юлиан: «Тому, что установлено вопреки смыслу права, мы не можем следовать как юридическому правилу».

Данные идеи получают свою дальнейшую конкретизацию в детально разрабатывавшихся римскими юристами правилах и приемах толкования норм права, призванных обеспечить адекватное установление смысла толкуемого источника.

В области публичного права римские юристы разрабатывали правовое положение святынь и жрецов, полномочия государственных органов и должностных лиц, понятия власти ( imperium ), гражданства и ряд других институтов государственного и административного права.

При переходе от республики к монархии римские юристы приложили немало усилий для правового оформления режима цезаризма и обоснования претензий императоров на законодательную власть.

Многие из юристов были доверенными советниками при императорах и занимали высокие должности в государстве. Некоторые из них, правда, сами становились жертвой произвола властей. Так, Ульпиан, в качестве префекта претория пытавшийся бороться с произволом и распущенностью преторианцев, после ряда покушений был в 228 г. убит ими в присутствии императора Александра Севера. Несколько раньше, в 212 г., при Каракалле был казнен Папиниан, тоже бывший префектом претория. Каракалла, убив своего брата Гету, потребовал от знаменитого юриста оправдания своих действий. Папиниан отказался от этого, сказав: «Оправдание убийства не легче, чем его совершение».

Основное внимание римские юристы уделяли разработке проблем частного права, и прежде всего цивильного права. Юрист Гай трактовал цивильное право как право, установленное (письменно или устно) у того или иного народа (например, у римлян, греков и т. д.). Эта трактовка дополняется у Папиниана указанием источников цивильного права – законов, плебисцитов, сенатусконсультов, декретов принцепсов, положений ученых-юристов. В качестве источника «дополнения и исправления цивильного права» характеризуется им преторское право. В этом же духе Марциан называл преторское право «живым голосом цивильного права».

В области цивильного права римские юристы обстоятельно разработали вопросы собственности, семьи, завещаний, договоров, правовых статусов личности и т. д. Особой тщательностью отличается их освещение имущественных отношений с позиций защиты интересов частного собственника.

Объектом собственности, наряду с животными и другими вещами, являются, согласно римскому праву и учению юристов, также и рабы.

«Важнейшее различие в правовом положении лиц, – писал Гай, – то, что люди – или свободные, или рабы. Также из свободных одни – свободно рожденные, другие – отпущенники». Такое же деление дает Ульпиан, добавляя, что оно возникло по праву народов, так как «по естественному праву все рождаются свободными».

Право народов, как его понимали римские юристы, включало в себя как правила межгосударственных отношений, так и нормы имущественных и иных договорных отношений римских граждан с неримлянами (перегринами).

О круге вопросов, подпадавших под действие права народов, Гермогениан писал: «Этим правом народов введена война, разделение народов, основание царств, разделение имуществ, установление границ, полей, построение зданий, учреждены торговля, купля-продажа, наймы, обязательства, за исключением тех, которые были введены цивильным правом».

Право народов содержало целый ряд норм международно-правового характера (сам термин «международное право» у римлян отсутствует). Согласно праву народов море является «общим для всех».

Творчество римских юристов оказало большое влияние на последующее развитие правовой мысли. Это обусловлено как высокой юридической культурой римской юриспруденции (обстоятельность и аргументированность анализа, четкость формулировок, обширность разработанных проблем общетеоретического, отраслевого и юридико-технического профиля и т. д.), так и той ролью, которая выпала на долю римского права (процесс его рецепции и т. д.) в дальнейшей истории права.

7. Деятельность римских юристов: понятие и виды. Значение римской юриспруденции для формирования и развития римского права.

Большое распространение получила такая специфическая римская форма правообразования, как деятельность юристов (юриспруденция).

Юристы действовали по следующим направлениям:

1) составление формул различных частноправовых актов, совершаемых отдельными лицами (завещаний, актов продажи и т.

2) консультации и советы относительно предъявления иска и порядка ведения возбужденного дела (agere). Римляне не допускали прямого представления в суде ввиду ритуальности суда (истец должен был вести дело самостоятельно), и поэтому помощь юристов выражалась только в подготовке дела;

3) ответы на исходившие от частных лиц юридические вопросы (respondere). Данная форма использовалась только в случаях пробела в действующем праве, тогда юристы предлагали свои собственные решения. Хотя такие ответы юристов и оказывали влияние на практику, однако обязательной юридической силы не имели. В классический период развития римского частного права это направление набрало силу и стало чаще применяться.

Толкование юристами действующих законов и сочинения юристов, посвященные законодательству, назывались комментариями. Юристы составляли также сборники казусов, высказывая при этом свое суждение о некоторых юридических событиях. Римские юристы составляли учебники по римскому праву и выступали в качестве преподавателей права.

Сочинения римских юристов были связаны с практикой. Осуществляе мый ими анализ правоотношений, изложение правовых норм отличались точностью, глубиной, логической последовательностью и обоснованностью решений. Многие правовые нормы и сентенции юристов приобрели характер афоризмов: «Знать законы — не значит следовать их букве, но понимать их силу и значение» (D. 1. 3. 17); «Неправильно давать ответы, консультации или решать дело, имея в виду не весь закон, а только какую-нибудь его часть» (D. 1. 3. 24).

Из числа выдающихся республиканских юристов можно назвать таких, как Марк Манилий, Юний Брут, Публий Сцевола (II в. до н. э. ). Представителями классической римской юриспруденции являлись Лабеон и Капитон (I в. н. э. ). С их именами связано образование двух школ римских юристов: прокулианской (по имени Прокула, ученика Лабеона) и сабинианской (по имени Сабина, ученика Капитона).

В период «золотого века» юриспруденции Рима (II в. — начало III в. н. э. ) замечательная плеяда римских юристов пополнилась именами Павла, Папиниана, Ульпиана, Модестина, Гая и других, каждый из которых внес огромный вклад в развитие римского права.

С конца III в. н. э. творческая деятельность юристов ослабла. В 426 г. Валентиниан III издал закон о цитировании, согласно которому юридическая сила признавалась лишь за произведениями пяти юристов: Гая, Павла, Папиниана, Модестина и Ульпиана.

ответы на вопросы по римскому праву

Понятие римского частного права и его системы.

Римское частное право – совокупность норм, регулирующих вопросы имущественных и семейных отношений в римском обществе. Частное право делилось на комплекс имущественных (по поводу вещей) и личных прав (абсолютных, неотчуждаемых). Римское частное право регулировало имущественные и некоторые неимущественные отношения; семейные отношения (порядок заключения брака, положение главы семьи, личные неимущественные и имущественные отношения в семье); отношения собственности, права на чужие вещи; обязательственные правоотношения; наследование. Для римского общества понятие частного права не совпадало с понятием гражданского права, поскольку не все жители Рима были гражданами. Государство минимально вмешивалось в частное право. Основное место занимали условно-обязательные, управомочивающие, разрешающие нормы, т. е. нормы диспозитивные. В Риме существовал рабовладельческий строй. Права были лишь у свободных людей. За рабовладельцами закреплялась неограниченная возможность эксплуатации рабов. Изначально в Древнем Риме не все свободные люди были наделены правами. Субъектами частного римского права были только римские граждане, люди же, не входившие в римскую общину, считались бесправными. Точность формулировок, ясность построения, жизненность, конкретность, практичность права, юридические выводы соответствовали интересам господствующего класса – это отличительные признаки римского частного права. Система римского права – порядок изложения правовых норм, их расположения в законодательных актах и трудах римских юристов. В составе римского права различают отдельные системы – цивильное право, преторское право, право народов, справедливое право и естественное право. Древнейшее римское право называлось виритским. Данная система права в дальнейшем получила название цивильного права и определила национальный характер права римских граждан, права города-государства. 2. Источники римского частного права к началу 1 века н.э. Право цивильное и право преторское.

Источники римского частного права – это формы и способы выражения и закрепления норм римского частного права.

Концепция римской правовой культуры предусматривала то, что содержание требований права предоставляется, во-первых, собственными для данного народа установлениями (или правом гражданским в широком смысле слова); во-вторых – согласованностью с естественным разумом общежития, общим для всех народов, или правом общенародным (ius gentium). Если первое считается главным источником политических и семейных установлений, то вторым «введены» в действие почти все договоры и оно служит основой для организации коммерции, оборота и т. п. Собственное право данного народа может состоять из писанного и из не писанного. К последнему, преимущественно относится обычай. Естественное право считается неизменным, т.к. оно установлено «Божественным провидением». В отличие от него право гражданское или установленное народом может изменяться. Это писанное и изменяемое право может считаться источником норм права в собственном смысле. Внутреннее подразделение, принятое в римской юриспруденции, отражало далее уже различия по форме образования этих норм:

– в республиканский период – постановления народного собрания;

– в эпоху принципата – сенатусконсульты, постановления сената, которыми прикрывалась воля принцепса;

– в период абсолютной монархии – императорские конституции);

По кругу субъектов, на которых распространялось римское частное право, можно выделить:

• источники цивильного права;

• источники преторского права.

Цивильное право действовало только в отношении римских граждан. Но в связи с тем, что со временем римляне все больше стали вступать в деловые контакты с гражданами других государств (с не гражданами Рима), возникла необходимость в правовом регулировании данных отношений. Это достигалось путем издания специального акта особым должностным лицом Древнего Рима — претором. В данном акте излагались правила, которые подлежали применению в отношениях между римлянами и чужестранцами. Совокупность таких актов (правил) и образовывала преторское право. К концу VI в. н. э. различие между цивильным и преторским правом практически исчезло.

Право преторское – система права, которая сложилась наряду с цивильным правом; его появление связано с расширением земельной собственности, экономики, ростом рабовладения. Постепенно система цивильного права и права народов слились воедино. Это было вызвано интересом господствующего класса к развитию торговли. В эпоху принципата появилось jus aequum (справедливое право). Юристы говорили о равенстве всех в области права и перед законом. Считалось, что принцип справедливости и обман с извлечением из него выгоды несовместимы. В результате претор во многих формулах предписывал судье вынести решение, принимая во внимание соображения доброй совести. Этот принцип проник во многие положения эдикта и преторского права. Появилась новая теория – требование морали.

Кодификация Юстиниана. Ее составные части.

Император Восточной Римской империи Юстиниан (время правления 527–566 гг.) стремился вернуть стабильность Римскому государству, в том числе и кодификацией всего права, как ius, так и leges, устранив противоречия между ius vetus и ius novus (древним римским правом, содержащимся в трудах классических правоведов, и новым правом, состоящим из конституций императоров).

Хронология кодификационных работ была такова.

В феврале 528 г. Юстиниан создал комиссию из 10 человек с участием Трибониана, и уже 7 апреля 529 г. был обнародован кодекс Юстиниана, в который вошли императорские конституции I–VI вв. (Novus codex Justinianus).В декабре 530 г. была создана комиссия уже из 15 человек под председательством Трибониана, куда вошли ученые профессора из Константинопольской академии Теофил Кратин и из Беритской – Дорофей и Анатолий, а также 11 адвокатов.В задачу комиссии входило написание Дигест-сборника извлечений из классических римских юристов, который был завершен 16 декабря 533 г.Одновременно Трибониан, Теофил и Дорофей по поручению Юстиниана подготовили Институции – элементарный учебник основ римского права, который был также официально утвержден как закон в 533 г.В ноябре 534 г. был переработан и обновлен Кодекс императорских конституций. Первая редакция кодекса не сохранилась. Вторая редакция – Codex repetitae praelactionis дошла до нас и вошла в Свод Юстиниана. Уже после смерти Юстиниана были опубликованы Новеллы — неофициальное собрание императорских конституций, вышедших после издания кодекса в 535–556 гг.Таким образом, собственно кодификация Юстиниана была проведена в 529–534 гг. и включала в себя Кодекс, Институции и Дигесты.В Средние века вместе с Новеллами они получили наименование «Свод цивильного права» (Corpus iuris civilis) и были впервые изданы Д. Готофредом. Подлинные тексты не сохранились, а дошли до потомков в греческих и латинских рукописях VI–XI в.Значение кодификации Юстиниана чрезвычайно велико. Это было событие всемирно-исторического значения, и оно увековечило имя Юстиниана. По словам современных ученых, изучающих римское право, это крупнейший кодификационный труд во всей античности, а может быть, и во всей истории права, если принимать во внимание его содержание и влияние на дальнейшее развитие права (Иво Пухан, М. Поленак-Акимовская).Сам Юстиниан назвал свою кодификацию «храмом римской юстиции». В Средние века этот Свод стал фундаментом, на базе которого зародилась современная юридическая наука. По мнению ученых, Свод с полным основанием можно назвать «библией» юриста.

Рассмотрим несколько ближе каждую из составных частей этого огромного свода.

1. Institutiones. Главным источником их послужили Институции Гая (хотя были использованы также Институции и других авторов); они дали Юстиниановским Институциям и свое внешнее деление на 4 книги и свой план (personae, res, actiones). Каждая из 4 книг делится на титулы с особым заглавием; каждый титул в современных изданиях для удобства цитирования разделен на параграфы, причем нумерация параграфов начинается не с самого начала титула, а несколько дальше; начальная же, не нумерованная, часть титула носит название principium.

2. Digesta или Pandectae представляют собрание цитат из сочинений юристов, расположенных в известном систематическом порядке. Всего цитировано 39 юристов от Q. Mucius до Hermogenianus и, по исчислению самого Юстиниана, до 2000 сочинений. Являясь таким образом суммированием всей классической юридической литературы, Digesta представляют центральную часть Юстиниановского Свода, самую обширную по размерам и наиболее ценную по своему содержанию. Вся масса цитат разделена на 50 книг приблизительно по системе Digesta классических юристов, которые в свою очередь следовали системе edictum perpetuum. Каждая книга делится на большее или меньшее количество титулов с особым заглавием («De actionibus empti venditi», «Locati conducti» и т. д.); только книги 30-я, 31-ая и 32-я не имеют этого деления на титулы, ибо все оне посвящены одному вопросу и потому носят общее заглавие «de legatis» (o легатах, т. е. завещательных отказах).

3) Codex есть собрание императорских конституций; он состоит из 12 книг, причем каждая книга, как и в других частях Свода, делится на титулы с особым заглавием. Книга 1 содержит конституции, касающиеся церковного права, источников права и officia различных императорских чиновников; книги 2—8—гражданское право, книга 9—уголовное право; книги 10—12—положения о государственном управлении. Внутри титула расположены отдельные конституции в хронологическом порядке. Каждая конституция имеет в начале іnscriptio— т. е. указание имени издавшего ее императора и имени того, к кому она была адресована, а в конце subscriptio—т. е. обозначение даты, когда она была издана, причем эта дата обозначается именами бывших в то время консулов. В современных изданиях конституции внутри каждого титула перенумерованы, а более длинные разделены на параграфы. Т. обр. цитируется Кодекс, напр., так: с. (constitutio) или

4. Наконец, четвертую часть Юстиниановского законодательства составляют Новеллы. собрания новелл, изданных Юстинианом после Codex repetitae praelectionis, мы не имеем, но до нас дошли некоторые частные сборники их. Древнейший сборник этого рода принадлежит Константинопольскому профессору Юлиану, составлен он был около 556 г. и содержит в себе 122 новеллы Юстиниана; сборник этот обычно называется epitome Juliani.

Деятельность юристов и формы их деятельности. Значение римской юриспруденции для формирования и развития права.

В древнейшее время юристами были жрецы – понтифы, составляющие как бы особую касту, представители которой толковали закон, причем не посвящали массы в свои юридические тайны. С общим расширением юридической практики и переходом дела правовых консультаций от понтификов к светским знатокам права примерно с III в. до н. э. началось формирование юриспруденции как самостоятельного и важного источника права. Большинство римских юристов принадлежали к господствующему классу общества. Юристы занимали (в прошлом или настоящем) высокое служебное положение и, благодаря как этому внешнему обстоятельству, так и выдающемуся качеству их консультаций имели большой авторитет и влияние. Труды юристов выражались в форме комментариев к законодательству и преторским эдиктам, в виде «Дигест», объединявших как цивильное, так и преторское право, а также в виде «институций», то есть учебников по римскому праву.

Деятельность римских юристов в республиканский период имела три основных направления:

• консультирование (respondere) – ответы по запросам частных лиц, а так же судей и должноситных лиц. Это был наиболее важной в правотворческом смысле вид деятельности, и не все юристы имели признанное ius respondendi, т.е. обязательно-рекоменда-тельной консультации по истолкованию права;

• составление и оформление письменных документов — рекомендательно-обязательных формул сделок, а так же действий по реализации наследственных прав (cavere). В эпоху рецепции из этого вида сформируется нотариальная функция юридической практики;

• руководство процессуальными действиями сторон (agere) – составление судебных формул, которые выражали существо иска, соответствовали требованиям права, и с которыми истец публично выступал в суде (но не ведение дел в качестве адвоката).

Подобная деятельность юристов не могла не оказать влияния на развитие и совершенствование древнеримского законодательства. Не имея законодательной власти, римские юристы, тем не менее, своей консультативной практикой непосредственно влияли на развитие права авторитетом своих научно-практических заключений. Придавая своими толкованиям закона определенный смысл отдельным нормам, юристы в своей практике фактически создавали нормы, приобретавшие затем авторитетность, граничившую с обязательностью. Деятельность юристов, по существу имевшая назначение помогать применению права, фактически получила значение самостоятельной формы правообразования. Правотворческий характер деятельности юристов получил в эпоху принципата (первые три века нашей эры) и формальное признание. В этот период римская юриспруденция достигла особого расцвета (это эпоха классических юристов, классического права). Император Август предоставил наиболее авторитетным юристам право давать официальные ответы (respondere) , которые были обязательны для судей (и других лиц, применявших право), как и императорские толкования. Форма ответов представляла собой письменное обращение к судьям, либо устную консультацию, запротоколированную при свидетелях. В обоих случаях ответы скреплялись печатью. Со временем значение источника права приобрели и ответы юристов, содержащиеся в литературе, причем рескриптом императора Адриана провозглашалось право судьи выбирать из нескольких наиболее правильное, с его точки зрения толкование.

С конца III в. н.э. окончательно утверждается приоритет императорского законодательства, и правотворческая деятельность юристов утрачивает самостоятельное значение. Однако response классических юристов сохраняет силу. В этот период действую два типа источников права: императорское законодательство и право, созданное прежним законодательством (XII таблиц, постановления народных собраний, сенатусконсульты, эдикты преторов, акты императоров), интерпретированное классическими юристами. Своеобразие заключалось в том, последняя масса источников применялась в судах не непосредственно, а в той форме, в какой она была зафиксирована в юридической литературе (применение источников непосредственно в силу их огромного числа – и отчасти архаичности – представляло определенные трудности). К этому времени императоры перестали предоставлять юристам право толкования, поэтому различие между юристами, имевшими такое право и его не имевшими, утратило силу. Во внимание принимались сочинения, как тех, так и других, например, Папиниана, имевшего право ответа, и Гая, не имевшего его, вследствие чего литературный материал, служащий источником права, стал значительно обширнее и потому сложнее в применении.

Императоры стремились облегчить проблему правоприменения. В 426 г.н.э. был принят закон о цитировании, ограничивающий число юристов, сочинения которых имеют обязательную юридическую силу, пятью (Павел, Ульпиан, Гай, Папиниан, Модестин), а так же сочинениями тех, на кого в своих трудах ссылаются эти пятеро. При разногласии между ними по конкретному вопросу судья принимает решение в соответствии с мнением большинства. При равенстве голосов превалирует мнение Папиниана, если же оно отсутствует в данном вопросе, решение предоставляется судебному усмотрению.

Тем не менее, закон о цитировании не устранил всех трудностей, хотя до определенной степени облегчил работу судей. Арифметический механизм действия закона не всегда вел к правильному решению, кроме того, отыскать соответствующие положения указанных в законе юристов, содержащиеся в разрозненных источниках, было очень сложно.

Историческое значение римского частного права. Значение римского частного права для современного юриста.

Когда-то римское право называли «писаным разумом» (ratio scripta). Разумеется, современное частное право ушло далеко вперед в регламентации сложнейшей сферы имущественных отношений, особенно торгового (коммерческого) оборота. «‘ Однако и многие новейшие юридические конструкции как из кирпичиков складываются из основных, элементарных понятий и категорий, разработанных именно в римском праве. С этой точки зрения римское частное право продолжает оставаться основой для изучения гражданского и торгового законодательства и базой для подготовки квалифицированных юристов. 2. Значение римского права определяется его огромным влиянием не только на последующее развитие права, но и на развитие культуры в целом. Римское право характеризуется непревзойденной по точности разработкой всех существенных правовых отношений простых товаровладельцев (покупатель и продавец, кредитор и должник, договор, обязательство и т.д.). Ф. Энгельс говорил даже, что «римское право является настолько классическим юридическим выражением жизненных условий и конфликтов общества, в котором господствует чистая частная собственность, что все позднейшие законодательства не могли внести в него никаких существенных улучшений». Эти особенности римского права способствовали тому, что, когда развивающаяся промышленность и торговля средневековой Европы потребовали более совершенной правовой надстройки, когда феодальные нормы обычного права перестали удовлетворять требованиям жизни, произошел интереснейший процесс — рецепция римского права. Войдя через рецепцию в практику средневековых государств, римское право пропитало собой затем и последующие кодификации гражданского права. 3. Соками римского права пропитана и теория гражданского права. Поэтому изучить достаточно глубоко гражданское право, не зная права римского, невозможно. Ряд терминов и понятий, укоренившихся в юридической теории и практике (например, реституция, виндикация, универсальное преемство, наследственная трансмиссия и т.д.), могут быть наилучшим образом усвоены лишь при изучении их у самого истока образования. Конечно, в ряде случаев современное гражданское право успешно обходится без заимствования терминов, возникших в римском праве (например, в Гражданском кодексе Российской Федерации вместо римского термина “цессия права” употреблен без всякого ущерба для дела термин «уступка права»). Но во многих правовых системах римские термины и понятия сохраняются, и потому юристу необходимо отчетливо понимать их смысл. 4. Далее, римское право, отличающееся четкостью определений, вообще хорошей юридической техникой, может помочь современному юристу в приобретении навыков четко отграничивать и формулировать юридические категории. Овладение же юридической техникой необходимо и для законотворческой работы, и для правильного применения закона. Законы должны излагаться не только понятным для всякого языком, но, кроме того, так, чтобы редакция закона, его текст вполне соответствовали тому, что законодатель хотел выразить. Необходимо, чтобы формулировки закона охватили все те отношения, которые законодатель желал урегулировать, но в то же время, чтобы редакция закона не давала повода применяь его к таким отношениям, на которые законодатель не имел в виду распространять его действие. Закон есть общая норма, а общее должно охватить все богатство отдельного. Реализация всех этих требований, предъявляемых законодателю, предполагает владение высокой юридической техникой. Равным образом и применяющий закон, делающий из общих норм выводы для отдельных конкретных случаев жизни, также должен обладать развитой юридической техникой. Юристу, применяющему закон, необходимо уметь проанализировать и общую норму закона, и фактический состав конкретного жизненного случая и в конечном итоге сделать правильный вывод. Римское право, отличающееся точностью и чеканностью формулировок, представляет собой блестящий образец такого подхода.

Правоспособность римских граждан.

Субъект права именовался в римском праве persona.

Правоспособность обозначалась словом caput. Быть правоспособным означалось caput habere.

Отдельный человек, обладавший полной правоспособностью во всех областях политических, семейных и имущественных отношений должен был удовлетворять трояким требованиям:

а) в отношении свободы: быть свободным, а не рабом;

б) в отношении гражданства: принадлежать к числу римских граждан, а не чужеземцев;

в) в семейном положении: не быть подчиненным власти главы семьи.

Таким образом, правоспособность определяется трояким состоянием:

а) состояние свободы – status libertatis;

б) состоянием гражданства- status civitatis;

лицо не подчинялось власти домовладыки.

Отпадение или изменение одного из этих состояний, влекло за собою прекращение либо изменение объёма содержания правоспособности.

Полная правоспособность человека в области частноправовых отношений, в свою очередь, складывалась из двух элементов:

а) ius conubii-право вступать в регулируемый римским правом брак, создать римскую семью;

б) ius commercii – право быть субъектом всех имущественных правоотношений и участником соответствующих сделок.

Правоспособность признавалась возникшей в момент рождения человека, удовлетворявшего указанным выше требованиям, и прекращалась со смертью его.

Утрата одного из трёх состояния правоспособности влекла за собою и утрату правоспособности – caritis deminutio. Первоначально caritis deminutio рассматривалась как гражданская смерть. Однако в дальнейшем стали считать, что за гражданской смертью следовало то, что некоторые историки римского права называют возрождением: умерший как бы возрождался в качестве новой с точки зрения права личности. С утратой свободы его можно было считать возродившимся iure naturali, поскольку юристы периода империи признавали всех людей равными перед лицом естественного права. С утратой римского гражданства capite minutus с того времени, как перегрины стали признаваться правоспособными, рассматривался как возрождавшийся iure gentium. Наконец с утратой прежнего status familiae лицо, не утратившее при этом ни свободы, ни гражданства, возрождалось iure civili, ибо оно приобретало новое семейное состояние.

Правовое положение римских граждан как субъектов права.

Приобретение римского гражданства. Римское гражданство приобреталось:

путем рождения от римских граждан;

вследствие усыновления римским гражданином иностранца;

в результате освобождения из рабства;

путем предоставления римского гражданства отдельным лицам, общинам, городам или провинциям.

Лица, рожденные от римских граждан, относились к категории свободнорожденных римских граждан. Здесь действовало правило «ребенок, рожденный в браке, следовал состоянию отца, а вне брака – состоянию матери». Однако с I в. н. э. наметился отход от последнего правила. Было установлено, что ребенок, рожденный вне брака римской гражданкой, не признавался римским гражданином, если его отцом был неримлянин.

Свободнорожденные римские граждане обладали полной правоспособностью.

Иностранцы, усыновленные полноправными римскими гражданами в соответствии со специально закрепленной в частном праве процедурой, приобретали полную правоспособность. По своему правовому положению они приравнивались к свободнорожденным римским гражданам.

Лица, освобожденные на волю из рабства – вольноотпущенники, были ограничены в области частного права, и их правовое положение отличалось от положения свободнорожденных римских граждан.

В силу непосредственных предписаний публичного права римское гражданство могло быть предоставлено:

отдельным лицам за личные заслуги перед римским народом;

жителям отдельных общин, городов, провинций;

представителям отдельных сословий.

Ограничения правового положения римских граждан. В силу различных оснований граждане Рима могли быть в полном объеме или частично лишены правоспособности и ограничены в правах.

Полное или ограниченное лишение правоспособности римских граждан могло иметь место:

вследствие естественной смерти гражданина;

при утрате отдельных статусов (статуса свободы, статуса гражданства или семейного статуса) лица как необходимых условий правоспособности;

при умалении гражданской чести;

по другим основаниям.

Естественная смерть прекращала все права умершего и открывала наследство. Однако с момента открытия наслед ства до его принятия допускалась фикция, что правоспособность умершего продолжается до тех пор, пока не определены наследники и они не получили наследство.

Ограничение правоспособности при утрате отдельных статусов лица (capitis deminutio). Римское право различало три степени утраты правоспособности: максимальную (capitis deminutio maxima), среднюю (capitis deminutio mediae) и минимальную (capitis deminutio minima).

Умаление гражданской чести. Наряду с capitis deminutio римское право ограничивало права лиц, чье поведение по общему мнению или согласно правовым нормам признавалось недопустимым. Это так называемое умаление гражданской чести (бесчестье). Формами умаления гражданской чести являлись: intestabilitas, infamia, turpitude.

Другие основания ограничения правоспособности. В Риме существовали ограничения правоспособности для отдельных категорий населения: женщин, детей, варваров, еретиков, евреев и колонов.

Женщины и дети были ограниченно правоспособными. Они относились к категории alieni juris и были лишены права выступать субъектами вещных и обязательственных отношений (jus commersii). Однако с классического периода за ними, правда, в ограниченном виде, было признано это право.

Варвары (чужеземцы), еретики, евреи с победой христианства были ограничены в правовом положении, особенно в наследственном праве. Ограничения были введены и для колонов. В частности, им было запрещено менять профессию и заключать браки с лицами других профессий.

Правовое положение рабов. Пекулий и его применение по римскому частному праву.

Раб (servus) находился вне политического общества и не являлся субъектом права. По римскому праву он считался вещью. Специфика этой вещи состоит в том, что она не бывает ничейной.